— «Горелой» деревню прозвали за близкий разлом, из которого дым постоянно шёл, — негромко произнёс Михалыч. — Воняло постоянно гарью. Не грань, конечно. Просто вмятина на нашем дохлом мире. Но там тоже кое-что ценное добыть получалось. Дымные цветы и серу иномирную по чуть собирали местные.
— Я не вижу людей, — сосредоточенно произнесла Ульяна. — Вообще никого нет.
— Трупов тоже не видно, — хмуро сообщил Мастер. — Ваня, Саня — давайте за пушки.
Близнецы тут же пересели в пару подвешенных под потолком ковшей. В новом транспорте огневые точки были закрыты бронированными куполами, которые вращались вместе с сиденьями стрелков.
— Вы уверены, что нам туда вообще нужно? — чуть обернувшись к нам, прямо спросил Михалыч. — В деревне хрен знает что происходит. А местные даже спасибо не скажут, если поможем. Да и не факт, что кто-то из них вообще в живых остался. Палёным уж слишком сильно воняет.
— Барон? — посмотрел на меня командир Святых.
— Высаживаемся, — понимая, что последнее слово за мной, приказал я. — Михалыч — ты тут остаёшься со стрелками. Если что — будем отступать к вам.
— Барон… — снова попытался меня остановить завхоз, но сразу же замолчал под моим тяжёлым взглядом.
— Эта деревня считай рядом с куполом, Михалыч, — жестко произнёс я. — Да если бы и не было никакого купола! Не знаю, как у вас тут принято, а я не хочу стоять в стороне, когда гибнут люди. У каждого должна быть возможность пройти свой путь до конца.
Пристыженный Жлоб, проворчав что-то про самодуров и дохлых доброхотов, отвернулся и уставился на дымящуюся деревню. Теперь было заметно, что множество домов сгорело полностью, а оставшиеся сильно пострадали из-за недавнего пожара. Но при этом пламени не хватило пищи, чтобы уничтожить всё, и оно угасло. Хотя для местных это всё равно была полнейшая катастрофа.
Жить в подобном месте дальше было практически невозможно, а ресурсов для полноценного ремонта практически не было. Вернее, стоили они баснословных денег. Если добавить к этому отсутствие купола и постоянную угрозу нападения диких тварей, то судьба Горелого не вызывала вопросов. Люди уйдут, оставив после себя ещё одни руины и осколки нормальной жизни.
— Ульяна, руна Тачсар, — прислушиваясь к своим ощущениям, приказал я.
Поле кристаллической связи было спокойным и равномерным. Только на другой стороне деревни, где находилась вмятина на другой план, чувствовались следы недавней активности.
— Две последовательных. Наполнение на две трети и обрыв питающей связи, — добавил я.
На этот раз полукровка не стала ничего уточнять и просто выполнила приказ. От ног Ульяны по склону холма хлынул мощный поток воздуха, который мгновенно оголил затянутые дымом улицы. Кое-где можно было заметить следы крови, но ни одного тела мы не увидели.