Девушка зажмурилась и тут же послала зов в окружающее пространство. Через несколько минут на поляну выскочил огромный бурый медведь, который подошел к ней.
— Поможешь? — она указала на лежащего парня, — нужно дотащить до избы бабушки.
Косолапый по-человечески кивнул, потом подошел и аккуратно взял на руки парня и на задних лапах медленно пошел к избе. Благо она была не сильно далеко, метров шестьсот. Но даже так девушка бы не дотащила незнакомца.
Когда она дошла до избы, то увидела бабушку, которая уже склонилась над парнем.
— Мишке угощение-то дай, — старушка бросила взгляд на внучку, в котором читался укор, — за помощь принято платить, аль забыла?
— Не забыла, бабушка, — Бояна забежала в дом и вернулась с куском вяленого мяса в руке, — держи, мохнатый, и спасибо.
Медведь довольно рыкнул, взял в зубы мясо и был таков, а она присоединилась к бабушке.
— Что с ним, ба? Он выживет?
— Жить будет, вот только долго ли? Такие, как он, вечно горазды только мечом махать да девок обхаживать. Редко кто до старости доживает, а всё потому, что ума так и не набираются за всю жизнь. Тащи мои травы, будем лечить приблудного.
Когда внучка скрылась в избе, старушка перестала улыбаться. Она уже видела такие раны, и ничего хорошего после них не бывает обычно. Правда, это было давно, почти двести лет назад. Такой же молодец забрел к ней в избу, да только и рана у него была поменьше, и черноты в ней почти не было. А тут пронзили его насквозь, да тьму внутри поселили. Старушка аккуратно срезала ткань рубашки, оголив грудь парня, и еще сильнее нахмурилась. От раны во все стороны начали расти темные прожилки, они словно живые пожирали душу мальца.
— Кто же тебя так отделал, паря? Кому ты дорогу перешел?
В этот момент из дома выбежала внучка, и старушка принялась за дело. Одним за другим она выливала на грудь и спину парня различные снадобья, и тьма начала медленно, но отходить. В какой-то момент она почувствовала, что почти победила, но в очередной раз засунув руку в корзину, не нашла там больше ничего. А прожилки начали возвращаться и расти с удвоенной силой.
— Ну уж нет, не дам я тебе сожрать парня, погань! — старушка разозлилась и, потянув за веревочку на шее, вытащила небольшой флакон с изумрудной жидкостью.
Аккуратно открыв его, она капнула одну каплю на грудь парня, после чего довольно улыбнулась.
— Ну вот и всё, теперь точно жить будешь. Давай, возвращайся в мир живых.
И в этот момент парень закашлялся, выталкивая наружу чёрную, словно смола, кровь.
Где-то в тайге.
Я открыл глаза и закашлялся. Капли черной крови на ладони не порадовали меня, даже очень наоборот. Мда, хоть мне и удалось выжить, но Габриэль хорошо меня потрепал, очень даже хорошо. Грудь болит, спина болит, голова болит и только задница, мать её, не болит. Хотя, после тех падений она тоже должна была по идее саднить, а нет, не болит, зараза. Видимо сделала своё дело, завела меня в очередной звиздец и успокоилась, мол дело сделано. Я хотел было подняться на кровати, но стоило мне только пошевелится как сознание помутилось и я чуть не упал обратно. Мда, а дело куда хуже чем я думал. И ведь судя по окружающему убранству я где-то очень далеко. Сомневаюсь что Габриэль вернул меня обратно в штормовую крепость, а значит я могу быть где угодно, вплоть до другого мира. Веселого конечно мало, но тем не менее я жив, а значит можно как-то исправить ситуацию.