Александр все время пропадает на работе, а ей приходится отдуваться одной с монстром в квартире. Детский сад закрыли на ремонт и вот двадцать четыре на семь Наташка парит ее мозги.
— Это не вкусно, — выплюнула обратно в тарелку ее готовку мелкая стервь. — Мама вкусно готовит, а ты — нет.
Хотелось надеть паршивке пюре с рыбой на голову и размазать по светлым волосам. Но, ее тут же выпнут на улицу. Крис даже подозревала, что Полевой установил камеры по дому, чтобы все видеть. Тяжелые как та большая сковорода мысли одолевали ее. Кристина пока не придвинулась ни на шаг к своей мечте. Бесило. Все бесило и выворачивало мехом наружу. Еще мать звонила, спрашивала, как там Алечка и внучка Наташенька… Как Кристина живет, не просила ни разу.
Хотелось нагрубить, что каком кверху. Обычная операция, а все носятся с Алькой, как с писаной торбой.
Кристина подкралась, посмотреть, что делает монстр – Наташка. Та рисовала странную конструкцию, напоминающую виселицу.
— Малыш, пойдем сходим в аптеку за витаминками? Нат, ты аскорбинку любишь с каким вкусом? — смотрела, как размашистыми движениями девочка штриховала красным карандашом костер.
— Черничную, — ответила Наташа, не повернув головы в сторону тетки.
— Что такое красивое рисуешь? — присела на кровать, заложив ногу на ногу и вытягивая шею. Она удивлялась, как этот ребенок психолога проходит? Ее же нужно изолировать от общества. Явно двинутая.
— Качельки и песочницу, — синие бездонные глаза, от которых у нее мурашки поползли по всему телу, будто считывали ее.
Угу, теперь понятно. Племянница жутко хитрая. Но, где ей до Кристины…
***
— Х-р-р-р! — храпела соседка по палате, не давая сомкнуть глаз.
Не спалось. Мысли крутились под потолком, и все никак не могли оформиться.
Саша был сегодня какой-то задумчивый. Гладил ее руку, выводя непонятные круги.
— Скажи, у тебя все в порядке? Саш, ты какой-то отчужденный в последнее время, совсем тебя не узнаю. Я тоже скучаю. Потерпи еще два дня и меня выпишут. Как там девочки? Кристина что-то не звонит, — заглядывала в родное лицо. Ей совсем не нравились поджатые губы, и отстранённый взгляд.
Предчувствие кольнуло где-то слева в области сердца. Глаза ее любимого мужа были пусты, словно вся радость жизни утекла из его тела.
— Устал на работе. Устал без тебя, — он потер лоб пальцами, будто пытался унять головную боль. — Хочу, чтобы было как раньше… — муж склонил голову и уперся ей в плечо. Задышал рвано, как температурный.
— Саш, что-то случилось? Скажи мне, — Аля запустила руку в отросшие волосы. Подумала, что ему нужно постричься, оброс совсем.