Не став после этого задерживаться, я, определившись по карте, двинулся прочь, правда перед этим спросил старшину, знает он поблизости наши склады, что бы нам по пути были и такой склад отыскался километрах в двадцати отсюда. Почти два часа я вёл отряд прочь от места боя, благо, что ночь была лунная и ясная, так что более менее, но дорогу было видно. Сначала мы около часа шли по дороге, а затем свернули в лес и еще с час двигались вглубь его, пока не достигли небольшого ручейка. Тут я приказал делать привал, а времени было уже около двенадцати часов ночи. Бойцы с удовольствием напившись чистой и прохладной воды из ручья, легли спать, разумеется выставив троих часовых. Встали в 6 утра, особо времени нет, так что быстро позавтракав, остатками своего сухпая и частично немецкого, оправились и двинулись дальше. Я вёл свой отряд через лес, ориентируясь по трофейной карте и компасу. К полудню вышли к дороге, по которой непрерывным потоком пёрли немцы, так что пришлось залечь и ждать, пока не появится возможность пересечь дорогу. Спустя часа полтора, выставленный дозор засёк группу наших бойцов в количестве полутора десятков человек, а точнее шестнадцать красноармейцев и сержант. Тщательная проверка показала, что все они из одной части, пусть и из разных подразделений. Спасибо книгам, основные признаки немецких диверсантов и засланцев я знал, так что вроде не лоханулся с ними и они действительно те, за кого себя выдают. Сержант был только рад перейти под моё командование, а я распорядился выдать им часть трофейных подвесных систем, штык ножи, фляжки и котелки. Жаль конечно, что сейчас разгрузок нет, да и мне их делать не из чего, зато вместо них пока немецкие подвесные системы подойдут. Кстати, что бы не терять даром времени, мы осваивали трофейные пулемёты. Расстелив на земле плащ-палатку, я разобрал один пулемёт, конечно повозится пришлось изрядно, но я справился, а затем сразу его и собрал. Повторив так на глазах других бойцов пять раз, я приказал им самим разобрать и собрать пулемёт, а что бы это было быстрей, то все пять имевшихся. Когда все разобрали и собрали, назначил пулемётчиков, и выдал каждому из них и по одному Люгеру, а оставшиеся три пистолета вручил старшине и обоим сержантам. Пусть будет, может эти пистолеты им жизнь спасут, кто знает, как говорится, пути господни неисповедимы, а на войне может случится всё, что угодно. Теперь у меня набиралось уже с полсотни бойцов при пяти ручных пулемётах, сила приличная для короткой сшибки с не очень сильным противником.