— И это я знаю. Как и то, что противника пало в несколько раз больше. А то, что вы вините себя, лишь подтверждает мои слова. Я воспитал великого короля! И не смейте мне перечить! Смиритесь уже с этой виной. Она не должна вас разъедать. Боги преподали урок, и вы его усвоили. И я уверен, все виновные будут наказаны. Потому что я вас хорошо учил — достойный воин никогда без необходимости не вступает в битву. То, что вы требовательны к себе, замечательно. Но научитесь себя и прощать. И еще, если это как-то поможет, Силы стало больше, потому что она просачивается даже там, где ее не ждут.
— Что вы хотите сказать, мэтр, лей-линии стали шире?
— И это тоже… Но есть и новые очаги. В одном из них мы сейчас сидим. Строя этот дом сорок лет назад, рабочие таскали бревна вручную. Он же, сам видите, глубоко в лесу. А сейчас, — жрец вытянул руку, чуть махнул, и штора на окне завязалась узлом, — даже мое немощное тело может вытворить такое. А теперь, если у вас нет других вопросов, я бы уже хотел прилечь. В моем возрасте надо меньше напрягаться и чаще думать о вечном.
Растерянный Анарион осознал, что не знает, сколько же на самом деле учителю лет. Он был стар, сколько король его помнил.
— Простите за бестактность, мэтр, я знаю, когда у вас день рождения, но сколько же вам исполнится в этом году?
— Уже разменяю девятый десяток. Если доживу, — и старец опять каркающе засмеялся.
Вернувшись из Полесья, Анарион, чтобы не будоражить жрецов, сам пытался найти священные карты прошлых веков и припомнить, не попадались ли ему новые очаги Силы, кроме тех, что нанесены на свитки. Ничего в глаза не бросилось. Но надо все же предупредить пилота. Если очаги Силы появились в Чуждых землях, он, вероятно, сможет их засечь. Будь такие места на карте, оборону станет держать куда проще. Или… пришедшую внезапно мысль король решил обдумать потом.
На самом деле в эту неделю он опять загрузил себя настолько, что толком и не спал. Только занимая мозг ежесекундно чем-то другим, удавалось не думать о Тиадре. И то мысли о девушке умудрялись просочиться везде. О ней напоминал цепкий взгляд учителя, когда тот спросил про другие вопросы… Старинные свитки в библиотеке вызывали образы ее длинных худеньких пальцев, держащих первую карту степи. Мед, неожиданно поданный с блинами на завтрак, своим цветом ассоциировался с ее глазами. Король скрежетнул зубами и отправился снова на полигон.
Его кисти произвели привычные круговые движения, и на финальном этапе, за доли секунды до того момента, как руки распрямились, чтобы выпустить Силу в манекен, они образовали форму чаши, и нутро Анариона свело моментальным спазмом. Он вспомнил, как небольшая идеальная грудь Тиадры помещалась в его ладонь, будто была создана специально для нее. Вспомнил и тут же физически почувствовал жар, стремительно разливающейся по телу.