Не смог сдержаться и рассмеялся.
Да…
Всё же всадники сильно отличаются даже от других магов. Но это даже хорошо. Иначе смог бы я вот так спокойно общаться с вылезшим из земли скелетом?
— Похоже, что со своим зачётом ты справился на отлично. Только, как всегда, слишком перестарался, — наконец вышел из оцепенения Каспер. — Заклинание проникло гораздо глубже в почву и зародило жизнь там, наткнувшись на этого несчастного. И к некромантии его поднятие не имеет никакого отношения. Впервые сталкиваюсь с подобным.
— И чего мне теперь делать?
— Откуда я знаю? — пожал плечами Каспер. — Можешь развеять заклинание, и скелет рассыплется. Но это будет совсем скучно.
— Вот и я о том. Не хочу скучно.
— Можешь поддерживать его энергией и узнать, откуда он вообще здесь взялся. Хотя странно, почему он разговаривает? По сути, это простейшая нежить, которая не способна вообще ни на что, кроме как выполнять прописанную хозяином команду. А единственная команда, которая была заложена в заклинание, — это превратить мёртвое в живое.
— Что мы и сделали, — констатировал я.
Вот так обычная случайность может привести к совсем не обычным последствиям.
— Ладно, будем посмотреть, что выйдет из попытки подпитать нашего красавчика и узнать, чего именно ему нужно.
Направил ещё немного энергии в скелет. Он начал гораздо активнее шевелиться и даже убрал палку из глазницы. Теперь голову поддерживала рука, которая находилась внутри.
— Рассказывай, какой там справедливости ты хочешь? Что с тобой случилось?
— Уббили-ииии, — я скривился, когда скелет перешёл на фальцет, а позже и на ультразвук.
Где-то далеко завыли волки, с ближайшего дерева упало что-то тяжёлое, а в дальних кустах запыхтел ёжик и поспешил убраться из столь шумного места.
— Понятно, что убили. Вон у тебя дырень какая в голове. Да и в глухом лесу никого не будут хоронить. Только если следы замести нужно. Так что давай начнём с самого простого. Ты кто? При жизни тебя как звали?
— Осип я, — немного пошурудив рукой внутри черепушки, выдал скелет, делая огромные успехи в умении говорить. Даже не запнулся и не заикнулся ни разу. — Осип Чащин из Старой Слободы. Конюхом был у барона Красавина.
Видимо, на этом энергия закончилась, и Осип замолчал. Хотя пальцы в черепушке продолжали двигаться, один даже вылез из левой глазницы. Выделил ещё пару Рю, и скелет продолжил:
— Лошадей любил — страсть. Поэтому из конюшни почти не вылезал. Если только к барону выйти, попросить купить чего лошадям. А так даже жил с ними.
— Так, Осип, давай ближе к делу. Я здесь с тобой весь день сидеть не собираюсь. Либо говоришь, что с тобой случилось без всяких лирических отступлений, либо я перекрываю энергетический крантик, — перебил я болтливого скелета, которого явно понесло куда-то не в ту степь.