— Но… — начал было господин Туровский, однако под строгим взглядом присяжного поверенного сник.
— А теперь — госпожа Лозинская! — спохватилась я. — За что ее задержали?
— За драку, — коротко бросил все еще пребывающий в расстройстве пристав. — Причинение ущерба и избиение.
— Мужа из кабака выдворяла, — потупившись, пробасила великанша.
Присутствующие мужчины поежились и не сговариваясь отступили подальше.
— Сопротивлялся? — сочувственно похлопала ее по руке я.
— Пытался.
— Вот видите, дело-то семейное, — заулыбалась я, переводя взгляд на пристава. — Сами разберутся.
Тот открыл было рот, чтобы возразить, но подумал и закрыл его снова.
Будь ситуация обратной, то есть вздумай муж поучить жену уму-разуму, никому и в голову не пришло бы отправлять его в околоток. Он в своем праве, а в домашние склоки стражи порядка не полезут. Тут же не в пользу госпожи Лозинской сыграл фактор неожиданности. Как это баба — и на супруга руку подняла?
Учитывая, какой там супруг, ему еще и мало досталось. Умудриться процветающее дело загубить за несколько месяцев — это талант нужен.
— Пойдемте, пока вы еще кого не спасли, — процедил сквозь зубы господин Сташевский, для надежности вновь ухватывая меня под локоть и выпроваживая из кабинета.
Остальные потянулись следом.
На улице папенька, за все это время не проронивший ни слова, наконец-то ожил.
— Как ты, доченька? — губы у него дрогнули. Стало ясно, почему до сих пор он молчал — боялся не сдержаться и пустить слезу прилюдно. — Страху, поди, натерпелась, бедная моя!
В прошлой жизни, попади я в подобную ситуацию, точно не обошлась бы короткой бурной истерикой на уютной груди госпожи Лозинской. Но сейчас я мудрая, опытная женщина, пережившая шесть облав ночного клуба и три допроса с пристрастием.
Хозяин той забегаловки, где я подрабатывала музицированием, организовал у себя подпольный игральный зал. И поскольку его покровители периодически менялись и устраивали передел зоны влияния, попадал в неприятности с завидной регулярностью. И все его работники вместе с ним.
К счастью, мелких сошек вроде меня на первый раз отпустили без особых проблем. Даже без порицаний обошлось, хватило ночи в камере в компании крыс. К сожалению, сменить подработку сразу не вышло, потому за первым задержанием последовали остальные.
— Все хорошо, папенька. Благодаря госпоже Лозинской все было не так уж и страшно, — бодро улыбнулась я и повернулась к цветочнице. — Приходите к нам, когда у вас появится свободная минутка. У меня будет для вас небольшое деловое предложение.
— Для меня? — несказанно удивилась она. — Чем я могу быть полезна барышне, помилуйте!