«Моя очередь атаковать. Ты, конечно, можешь трусливо увернуться, и я даже не удивлюсь такому твоему поступку… В общем, посмотрим, чего ты стоишь.»
«Хватит трепать языком! Атакуй, а затем я выбью из тебя всё дерьмо!» — поклялся Родан.
Кён разогнался и, подпрыгнув на 100 метров (развитая правая нога позволяла), вынул из кольца меч Бедствий и вертикальным взмахом, будто рассекая мир надвое, атаковал демона «Разрезом тьмы» сверху-вниз «Падающим бедствием».
Фоберос вынул «Лепесток солнца» — длинный двуручный оранжевый меч в форме реактивной струи. От него исходила огненная аура, явно не принадлежащая владельцу. Взяв оружие в обе руки, он выставил блок над головой.
Когда мечи столкнулись, зрачки Родана внезапно сузились: атака сопляка оказалась настолько тяжёлой, что у него вздулись мышцы на руках и ногах. Земля пошла трещинами, и под ногами обороняющегося даже образовалась небольшая воронка!
~БУ-У-УМ~
Фоберос ударил себя по лбу собственным оружием, оставив там красную полоску, и под давлением «Разреза тьмы» впечатался затылком в землю, чуть не закопавшись в ней по плечи.
У зрителей перехватило дыхание. Абсурдность происходящего зашкаливала. В бою с Дайти атака Кёна оставила на земле лишь трещины, а сейчас там зияет целый кратер с чуть ли не закопанным в нём Роданом!
Кара накрыла лицо ладонями, начиная жалеть, что связалась с этим высокомерным идиотом. Он не достоин даже её прикосновения! И всё же её планы на него подразумевали нечто большее, с чем принцессе оставалось только смириться.
В груди Родана что-то надорвалось. Для него, как для демона высокомерия, подобный уровень унижения сравним с кинжалом в сердце. Его гордость уязвили, как и гордость его семьи, и необходимо как можно скорее и убедительнее её восстановить!
Такая подавляющая мощь последней атаки обусловлена третьим движением — «Падающим бедствием» при содействии «Разреза тьмы», а главное, всё это было проделано стотонным мечом! Спасибо Владе. Без мастерского разряда жара парень бы даже Моргана не одолел. Теперь, получив по лицу, Фоберос вряд ли сохранит хладнокровие, чего юноша и добивался.
Однако, вопреки ожиданиям Кёна, Родан не выглядел озверевшим. Он спокойно поднялся из воронки и, беспечно отряхнувшись, негромко рассмеялся, будто только что услышал забавную шутку.
Фоберос понимал, что если он сейчас придёт в ярость, то тем самым покажет слабость, а значит, признает превосходство ублюдка над собой. Дабы вернуть свою честь, необходимо одержать лёгкую и быструю победу, унизив противника как можно красочнее.