От одного только взгляда на Ланатель в груди Кёна вспыхивала ледяная ненависть. Она отрезала ему голову и убила Валиру! Какими бы оправданными ни были её действия, такое невозможно не воспринимать близко к сердцу.
«На колени!» — приказал Лавр, указав на пол пальцем.
Пронзая юношу свирепым взглядом, Ланатель подчинилась и приняла нужную позу.
Происходило нечто невероятное. Кровавая императрица стоит на коленях перед юношей… Который, к тому же, является ей учеником! В плане силы он для неё не опаснее таракана, но в подчинённой позиции находится именно она…
В голове женщины прозвучали слова приказа, дающие ей некоторую свободу действий.
«Как ты смеешь нарушать клятву ученика, данную своему мастеру⁈» — строго заговорила Ланатель тоном наставника, отчитывающего серьёзно провинившегося ученика. При этом она даже как-то умудрилась сохранить царское достоинство, что казалось совершенно невозможным, учитывая её коленопреклоненную позу.
Лавр не мог не почувствовать восторг от всей происходящей ситуации. Ещё недавно он и помыслить не смел о скором отмщении Ланатель, однако сейчас эта сучка, убившая жену и его самого (почти) — в его полной власти! Как тут не радоваться?
Интересно, как она отреагирует, узнав, что ученик, которому она доверяла, оказался тем, кого она обманула клятвой? Подобрался со спины и поработил её!
Парень демонстративно прокашлялся и голосом Зосима произнёс: «Будто бы ты не нарушала клятву.»
Однако на гладком лице императрицы не дрогнул и мускул: «Я же сказала, что клятва была недействительна, потому что моя фамилия — не Рассел.»
Предвкушение быстро сползло с лица Кёна, сменившись хмурой гримасой. Он раздражённо спросил: «Как давно ты узнала?»
«Как только ко мне во дворец наведалась девочка.» — спокойно поведала Ланатель.
{Лейла…} — Лавра охватило разочарование. Он желал увидеть растерянную реакцию императрицы, которой открылась вся правда о личности предателя-ученика, но она, оказывается, уже всё знала… Одним этим своим образцовым спокойствием она обломала весь кайф. Как будто и не проигрывала вовсе!
Резким выпадом руки Кён схватил женщину за нежную шею и сжал: «Сука, если ты всё это время знала, что я и есть „Тёмный барон“, то почему я до сих пор жив⁈»
«Потому что ты был полезной фигурой в моей игре.»
«Ну что, доигралась⁈» — ядовито оскалился Кён, усилив хватку.
Тем не менее императрица не выглядела напуганной, загнанной в угол или хотя бы униженной, напротив — она буквально излучала абсолютное спокойствие. Такое её неадекватное поведение вызывало досаду у парня, одержавшего очевидную победу.