«Господинишка, весь в белом такой… Пухлые щёчки, сальная кожа, так и хотелось набить морду, короче, прикинь, че мы с ним сделали?»
«Ну? Говори!»
«Пёрышком обрезали суставы на ногах и выпустили прирученного волка-людоеда. Ты бы видел, как этот щегол орал, когда Комочек вырывал из него куски мяса! Эх, жаль помер быстро, пена изо рта и дерьмо из жопы…»
Бандиты расхохотались.
Сразу после седьмого брата свою жестокую историю с убийством поведал пятый, затем четвёртый и так постепенно очередь дошла до самого авторитетного — второго.
«Говно у вас сплошное, а не истории, братцы. Ща расскажу, как это делают настоящие профи.» — и без того кривую рожу бандита перекосила злобная ухмылка. — «Четыре дня назад я встретил толстого барина лет тридцати. Щечки блестят, два подбородка, одежды роскошные, всё по регламенту. Мы на него наехали, как полагается, при виде меня он весь побледнел, даже обмочился от страха, а затем посмел предлагать выкуп за свою никчёмную жизнь. За такую наглость и неуважение к работникам пера и топора мои братья вставили ему в жопу сопло и начали засыпать туда раскалённые угли.»
Все затаили дыхание. Кто-то шумно сглотнул.
«Когда отсыпали мы ему туда с полмешка, толстяк стал настолько сильно брыкаться и орать, что верёвки порвались, и он с диким воем побежал по лесу. Я ему тут же прострелил арбалетом колени, так этот весельчак еще пытался уползти, аки адский морж.»
Все засмеялись и зааплодировали. — «Ты как всегда креативен и жесток!»… «Старший, умеешь удивлять! Я возьму на заметку.»… «Слава великому и ужасному!»
Кёну от всего этого стало невыносимо тошно и мерзко на душе. Сейчас бы достать пистолет и перестрелять всех этих отбросов к чёртовой матери. Лавр понимал, что он и сам далеко не подарок, но откуда только брались подобные бесчувственные и насквозь прогнившие ублюдки?
Постепенно взгляды присутствующих сошлись на Гуймине, который все это время молчал и никак не реагировал на истории братьев.
«Язык проглотил, Гуймин? В прошлые разы смеялся громче всех. Неужели моя история так паршива?» — в голосе второго брата сквозила угроза.
«Да нет, что вы, просто история ваша меркнет на фоне моей.»
У всех, кроме второго брата, перехватило дыхание от столь наглого заявления.
Один из разбойников-подпевал второго заорал:
«Да ты в край охуел, Гуймин⁈ Да от твоих историй обычно даже после десятой кружки не посмеешься, а ты тут еще смеешь выебываться? Старшого не уважаешь⁈»
«Да погодите вы.» — амбал спокойно поднял ладонь, и все моментально замолкли. — «Твоя уверенность весьма забавна, мне даже стало любопытно. Рассказывай.»