Я надеялся, что объёма и мощи «искры» хватит для полноценного применения. Однако чуда не случилось — оттиск пусть и заставил доспех изрядно потускнеть, но не развалил его на части.
Сам наёмник вскрикнул от боли — когда через твоё тело стремительно проходит мощный поток энергии, это приводит далеко не к самым лучшим ощущениям.
Впрочем, это не помешало ему ускользнуть от моего удара и провести ответный выпад. В пяти метрах от нас Ульрих схлестнулся со вторым убийцей, который только что ловко выпрыгнул из каменной расщелины, в которую перед этим провалился. А я кружился в смертельном танце со своим противником.
Клинком он владел неплохо. Если сравнивать со смертными, то и вовсе мастерски. Того же княжича Голицына этот наёмник наверняка разделал бы за какие-то секунды.
Но быть равным в этом искусстве мне он никак не мог. Я тренировался и обучался у лучших. В буквально смысле этого слова. Даже среди богов немногие могли управляться с клинком так же великолепно, как это делал Марс.
Само собой, сражаться в полную силу я не мог. Смертная плоть слаба, а «искре» не хватало мощи, чтобы реализовать все приёмы, которые хранила в себе память. Но в остальном я превосходил своего противника на голову.
Впрочем, у него тоже имелось преимущество — колоссальный объём поглощённой силы. И присутствие божественной мощи. Её крохи источались медальоном, подпитывая доспех защиты, из-за чего я не мог разрушить его привычным способом.
Конечно, не факт, что это вообще получилось бы — противник представлял собой громадный сгусток силы, который каким-то чудом удерживало его тело. Как я подозревал — благодаря надетому медальону. Но рано или поздно артефакт прекратит своё действие. И тогда наступит откат, который почти с гарантией убьёт этого смертного. Удобная схема — кто бы не выдал эти артефакты убийцами, он обеспечил их вечное молчание.
Наёмник осознавал своё преимущество и отчаянно пытался им воспользоваться. Бездумно расходовал энергию на стремительные атаки и, не жалея, вливал в свой клинок. Один раз даже как-то зацепил меня его остриём. И, судя по выражению лица, здорово удивился результату — кольчуга хоть и пошла рябью, но атаку выдержала. Лишь потеряла часть своей мощи.
Первое время я постоянно ожидал подвоха. Раз этих убийц отправили Хранители, они должны были хорошо их подготовить, а не ограничиваться лишь грубой мощью.
Но время шло, а враг не спешил демонстрировать что-то новенькое. Лишь неустанно махал мечом, да отчаянно ругался, когда промахивался.
К тому же неподалёку бился Ульрих, который сейчас выглядел далеко не лучшим образом. Как я и советовал, потомок ётунов использовал все грани своего Дара. Открывал под ногами противника расщелины, заключал его в каменный мешок, связывал травой. Один раз Сандал показал, как крохотное и почти погибшее деревце, внезапно стало мощным живым копьём, которое ударило прямо в корпус соперника Свенсона.