«Что ж, если все так муторно, то легче самому замутить какой-нибудь высокодоходный бизнес и платить из „своих“, — подумал Носов. — Впрочем для моего Плана бизнес по любому придется мутить… и скорее всего незаконный».
— И вот наступает момент, когда отношения начинают квалифицироваться как «близкие к агентурным». Объект передает вам секретную информацию и принимает деньги, встречи проводятся на конспиративной основе, за время разработки подозрительных моментов не отмечено. На этом этапе Центр может санкционировать проведение вербовочной беседы… разработка ведется под полным контролем Центра с самого начала, но об этом поговорим позднее. Обычно к моменту вербовочной беседы объект все уже прекрасно понимает и остается только расставить точки над «i». Разговор происходит примерно такой: «Вы оказываете нам (уже не мне) большую помощь. Ваша информация каждый раз высоко оценивается в Москве. Мне поручено поблагодарить вас от имени руководства и выразить надежду, что наше плодотворное сотрудничество будет успешно продолжаться. Вы очень важный человек, и ваша безопасность имеет для нас первостепенное значение. Вам никогда не придется делать ничего, что может повлиять на вашу безопасность».
«Ну вот на хрена⁈ Чтобы очередную „палку“ срубить в отчетности⁈ Дескать завербован новый агент? Зачем ему знать на кого он работает?!!» — продолжал недоумевать Дмитрий и раздражаясь от топорности работы уже самого КГБ.
— Слова «разведка», «шпионаж», «агент», «КГБ» никогда не употребляются. Вообще, чем меньше известно объекту о разведчике и его организации, тем лучше. Как правило, ответ объекта на вербовочное предложение бывает положительным. Но если переведение отношений на официальную основу его пугает и он от дальнейшего сотрудничества отказывается, то на него не давят. Вы должны постараться спокойно убедить объект в продолжении сотрудничества, но не больше…
Снова поднятая рука от слушателя.
— Разрешите вопрос?
Преподаватель кивнул.
— Почему бы не принудить объект угрозой продолжить сотрудничество, а иначе пообещать ему раскрыть его связь с нами?
— Такое еще недавно практиковалось, но как показал опыт это плохо работает, так что шантаж, давление, принуждение к сотрудничеству, разведкой КГБ больше не используется. Объект может начать из мести начать сливать дезинформацию которую сложно выявить, но которая в итоге обесценит всю работу, а то и вовсе нанесет вред. Кроме того страны Запада с недавних пор начали проводить новую политику в отношении своих граждан, поддерживающих контакты с советскими представителями. Было официально объявлено, что если человек сам придет в службу безопасности и доложит, что ему было сделано предложение о сотрудничестве или что он уже сотрудничал с советскими, то ему за это ничего не будет. Эта политика оказалась очень эффективной, и многие советские агенты на Западе были перевербованы службами безопасности. В этой ситуации шантаж и принуждение потеряли свой смысл.