Одно хорошо: драккар наш легкий, ходкий (не ошибся с ним Ове, да и днище успели обработать), и мы запросто можем потягаться в скорости с кораблем Гримара, который идет у нас в кильватере, хотя на нем и румов больше, и команда численностью превосходит нас в два с половиной раза.
Идем днем и ночью. Днем — по солнцу, ночью — по Полярной звезде. Пока всё отлично и свежий ветер живо разгоняет утренний туман. Я с удовольствием беседую с отцом Бернаром. Да, я взял его с собой, чего он совсем не жаждал. Он — свободный человек, но живет в моем доме, так что отказать не мог. А мне очень пригодится хороший лекарь. Чай, не в турпоход идем.
Когда ветра не было и даже по солнечному камню нельзя определить местонахождение светила, то наша флотилия устраивала дневку. Пару раз во время таких стоянок Ивар вызывал к себе меня и Фирста Рыбу, дотошно выспрашивая последнего об особенностях восточного берега Англии. Фирст показал себя молодцом: говорил толково и четко. Ивар слушал и запоминал. Он был прирожденным вождем и правителем. Я бы, пожалуй, почел бы за честь ходить под его знаменем… Если бы он не внушал мне такой мистический, животный ужас.
Всё шло отлично, пока впереди не замаячила темная тучка, в которой опытный глаз без труда распознавал землю. Вот тут погода резко испортилась. Небо затянуло черным, хлынул ливень… Ливень — это не страшно. Спустить парус, растянуть его над палубой наподобие тента и сидеть себе на скамейках, подрабатывая веслами по указке мокнущего на корме кормчего.
Но дождем не ограничилось. Задул шквалистый ветер, и начался настоящий кошмар. Северное море разошлось не на шутку. Огромные волны бросали нас то вверх, то вниз. Корпус драккара скрипел и стонал так, что казалось: еще чуть-чуть — и корабль треснет пополам. Но дубовый киль, сделанный из правильного дуба, вытесанный с идеальным расположением волокон, сломать было не так просто. И крепко сшитые доски, которые гнулись и стонали под ударами волн, тем не менее, держались на местах, и на местах оставались скреплявшие их гвозди. Мачта была давно снята и принайтована к палубе. Гребцы работали неустанно, остальные вовсю вычерпывали воду. Работали все, даже отец Бернар. Ове и Фирст в четыре руки удерживали руль. Драккар, утлая с виду посудина, то взлетал вверх по водяным горам, то летел вниз с такой скоростью, что сердце падало. А молнии лупили вокруг нас так, будто кто-то там на небе пытался прицельно изничтожить наш драккар, но постоянно промахивался.
Но Ове — молодец! Ни разу не подставил корабельный борт под удар волны, и лишь раз нас захлестнуло по-настоящему, так, что драккар сразу осел под тяжестью наполнившей его воды. Однако боги нас пожалели. Воду вычерпали раньше, чем нас накрыл следующий огромный вал.