Капитан. Старпом. Механик
Бар «Голая Русалка» располагался в портовом районе и имел отвратительную репутацию: клиентам тут хамили, обсчитывали, а, иногда, и грабили. Но именно за этот неповторимый колорит настоящего портового кабака его и ценили завсегдатаи.
Толкнув дверь, Капитан вошёл в прокуренный зал с закопчённым низким потолком и заблёванным полом. Хозяин, низенький как тумбочка, краснорожий неопрятный мужик, поприветствовал его людоедской гримасой и, не спрашивая, налил большую щербатую кружку мутной бурды.
— Как дела?
— Как на корабле: горизонты широкие, деваться некуда, тошнит, но едем.
— Слышал, тебя выперли.
— Неправильно ты слышал. Не выперли — вышвырнули, как сраного щенка, без денег, рекомендаций и перспектив. Короче, приплыл по полной.
— Это связано с тем жмуром у тебя на борту?
— Косвенно… Не хочу больше об этом. Лучше скажи, что за дрянь ты мне опять нацедил? Ссыте вы, что ли, в это пиво?
— Так это ж местное! Разведённое, кислое… Фирменное!
— Я, когда-нибудь, сожгу эту пивоварню: они там, походу, не из ячменя, а из навоза эти помои варят.
— Не исключено, тем более что ячменя у нас тут отродясь не росло. Что дальше-то делать собираешься?
— Да понятия не имею. Кое-какие сбережения есть. Переберусь на новое место и попробую заново начать.
— Ну, так-то логично. Чё тебе ещё остаётся? Слушай, а всё-таки — что там было-то?
— Иди в жопу…
— Выпивка за счёт заведения.
— Вот ты-ж настырная сволочь…
Допив кружку, Капитан посмотрел на оставшийся осадок, в котором можно было различить останки не только флоры, но и фауны, и жестом показал, что переходит на крепкие напитки.
— В общем, взял я, с Ротонга и до сюда, важного пассажира. Не сам взял — приказали. Аж на телеграмму раскошелились. И немного добрал команды: сам знаешь — компании всех толковых матросов сманили, приходится такое говно набирать, что в своё время я бы их даже грузом на борт не принял. Короче, тех, что за время плаванья напортачить успели, на берег, а на их место новых, в тщетной надежде, что они потолковее будут.
— Ты чё мне за матросов — ты мне за убийство давай!
— Не перебивай — это важно. Так вот, пассажир этот занял отдельную каюту и ехал там, ни с кем не общаясь, благополучно до самого досюда. Когда в порт входили, я его лично видел живёхоньким. А как причалили — каюта изнутри на задвижку заперта, иллюминатор задраен, а он внутри с ножом в печени валяется.
— О как! Слушай, а может, он того — самоубился?