— Я не наемный громила, — отозвался я. — И не занимаюсь частным сыском — что бы вам там ни говорили.
— Охотно верю. — Юсупов даже бровью не повел. — Однако, подозреваю, этим делом вы все-таки пожелаете заняться. И даже не в знак нашей будущей дружбы или за награду, хоть я, конечно же, предложу вам и то, и другое — а исключительно по собственной воле.
Все интереснее и интереснее. Я с самого начала догадывался, что князь ой как непрост, но все равно его изрядно недооценил: старик разбирался в людях — поэтому даже не пытался предложить денег, свое покровительство или что-то в этом роде. Наоборот, зашел с козырей, намекнув, что мой интерес здесь вполне может оказаться куда основательнее всего вышеперечисленного.
— Вот как? — улыбнулся я. — И откуда же такая уверенность?
— Опыт, друг мой. Самый обычный жизненный опыт. Вы явно не из тех, кого можно купить — однако свое тоже не упустите… Впрочем, лучше я начну с самого начала. — Юсупов поправил лацканы пиджака — прямо как профессор перед лекцией. — Как вам уже может быть известно, несколько лет назад… чуть больше двух, если быть точнее — в начале зимы тысяча девятьсот шестого — в Петербурге появился весьма необычный человек.
Про человека я определенно слышал. И уже, кажется, догадался, о ком именно идет речь. Но таких подробностей, как даты — хоть какие-то! — покойный Вяземский сообщить так и не потрудился. То ли не знал их и сам, то ли просто не успел.
Два с небольшим года. Как раз тогда…
— Прорывы. — Я развернулся на каблуках и посмотрел Юсупову прямо в глаза. — Дырки в воздухе, из которых лезет всякая нечисть. Они возникли раньше, чем этот ваш человек — или уже после того, как он приехал в Петербург?
Такого вопроса его сиятельство явно не ожидал. А может, просто настроился произнести речь целиком, без всяких запинок или помех в моем лице — в темных глазах на мгновение мелькнули недовольные искорки.
— Раньше… Да, определенно Прорывы были раньше, хоть и ненамного. — Юсупов нахмурился. — Но какое это отношение имеет?..
— Надеюсь, что никакого, — тут же отрезал я. — Прошу, продолжайте, Николай Борисович. Что вам известно об этом… человеке?
— Имени я не знаю. Как он выглядит, боюсь, тоже. Как вы можете догадаться, лично мы не встречались. А тех, кто видел его живьем хоть раз, я уже не в коей мере не могу причислить к своим друзьям. — Юсупов недобро ухмыльнулся. — Или они все уже давно мертвы — так что с вами я поделюсь лишь немногим.
— Порой и немногого достаточно. — Я чуть склонил голову. — Вряд ли вы бы стали попросту сотрясать воздух.