— Что, страшно? — усмехнулся я, открывая дверцу.
— Есть немного. — Дед Федор поморщился и как будто даже чуть втянул голову в здоровенные плечи. — Мне бы лучше пешком пройтись — так оно понятнее как-то, что ли… А тут сидишь — ну прямо как в гробу!
— Руссо-Балт, «эска», восьмидесятый мотор. — Дед Федор уселся в жалобно скрипнувшее кресло и легонько постучал по торпеде. — Наша, отечественная — не французик какой-нибудь!
Эмблему на руле я узнал — а вот саму машину определенно видел впервые. В моем мире предприятие после революции переключилось на выпуск сначала броневиков, а потом самолетов по немецкой конструкции — и до серьезных высот автомобилестроения по вполне понятным причинам так и не добралось.
Конечно, бричка деда Федора не дотягивала ни до роскошного лимузина Кудеярова, ни до «ракеты» его преподобия капеллана Дельвига — и все же выглядела уж точно посолиднее своей скромной родни из самого начала знакомого мне двадцатого века. Да и агрегат под капотом имела, похоже, приличный — судя по звуку и тому, как груженая гимназистом, таежным великаном и целым чемоданом наличных машина тронулась с места. Двигатель тянул без суеты и спортивного задора, но и без каких-либо серьезных усилий. Ни надрыва, ни дикого рева, сотрясающего салон — ничего подобного. Мы просто ехали. По набережной вдоль Екатерининского канала, мимо златокрылых грифонов на Банковском мосту и дальше, к Невскому. Ничего похожего на запрещающие знаки по сторонам как будто не имелось, так что я внаглую проехал прямо под колоннами Казанского собора и свернул направо — как показал дед Федор.
И уже на проспекте дал машине волю и придавил акселератор, обгоняя трамваи, грузовики, таксомоторы и запряженные лошадьми экипажи. Мотор отзывался недовольным гудением, но слушался, а я понемногу втягивался в процесс. Конечно, и в городе, и уж тем более на бездорожье я бы предпочел свою старенькую карбюраторную «Ниву». Коротенькую, юркую и привычную. Не слишком могучую и быструю, зато способную проползти там, где хваленые заграничные «танки» с пневмоподвеской, адаптивной системой, бортовым компьютером и прочими электронными наворотами завязли бы хорошо если не по самую крышу.
Впрочем, по местным меркам даже она оказалась бы тем еще чудом техники.
Но и «Руссо-Балт» справлялся неплохо, понемногу набрав сначала пятьдесят километров в час, а потом и все семьдесят.
— Тихо ты, Володька. — Дед Федор вжался в кресло могучей спиной и даже немного сполз вниз. — Угробишь…
— Не должен, — усмехнулся я. — Куда дальше, на площадь?