Усевшись за весла, Алес махнул рукой собравшимся на берегу людям и быстро поплыл к острову.
Погода тем временем начала портиться, но молодого норта это не сильно заботило. Решение было принято, оно окончательное, и ничто остановить уже не сможет. Сильно угнетало только то, что он не мог связаться со своей совой. Гуша не отвечала на зов. Впрочем, Алес чувствовал, что птица жива, и это немного его успокаивало.
Сова откликнулась, когда до острова оставалось плыть меньше лиги, и настроение сразу испортилось.
Гуша плакала…
Нет, птицы, конечно же, плакать не могут, но ничем иным ее состояние назвать было нельзя. Сове было больно, страшно и одиноко. Она не понимала, что происходит, и думала, что он ее бросил. Впрочем, почувствовав смотрящего, сова успокоилась, и Алес смог ее глазами оглядеть внутренность пещеры. В прошлый раз он ничего увидеть не смог, но сейчас с этим проблем не возникло. Только вот увиденное не добавило позитива. Скорее, наоборот…
Он не ошибся. Этот проход в горе, коридор и зал, в котором сидела сова, являлись святилищем богини, чье изваяние возвышалось над островом. Ничем иным это быть не могло, поскольку похожая статуя стояла и здесь. Она была меньше размерами, но выглядела отвратительно. Правую руку богиня вскинула над головой, в левой — все так же сжимала меч и указывала им на потрескавшийся алтарь. Глаза были так же завязаны, но совсем не это напрягло парня. Там, на острове, богиня походила на человека, в алтарной ее изобразили в виде скелета.
Периметр зала в видимой его части украшали не менее жуткие барельефы. Изображенные на них люди и еще какие-то непонятные существа словно бы пытались выйти их камня, но он их не отпускал. Сам зал был размерами примерно тридцать на тридцать шагов, и сложно представить, сколько понадобилось времени на то, чтобы такое создать.
Помимо всего прочего, в алтарной находилось десятка полтора каменных тумб разных форм и размеров, о предназначении которых можно было только гадать. Ну а источник света, на который Гуша летела, оказался едва тлеющим костром, и выглядел он так же жутко, как и все остальное.
На замусоренном полу, в десяти шагах от алтаря со стороны коридора, лежала куча костей, над которыми горел небольшой огонек. Совсем маленький, больше похожий на искорку.
Человек такой огонь от входа вряд ли бы заметил, но сова в темноте видела прекрасно, и это ее спасло. Нет, конечно, о спасении думать пока еще было рано, но Алес не видел никаких причин для уныния. Это святилище давно заброшено. Судя по количеству мусора на полу, не убирались тут как минимум несколько оборотов. Ну а огонь на костях — скорее всего, магический, и гореть он может сколько угодно долго. Немного, правда, напрягали размеры костей, над которыми тлел огонек. Вряд ли при жизни они принадлежали человеку, но бояться все равно нечего. Кости рассыпаны, и их обладатель уже никогда не поднимется.