— Спасибо! — Аста благодарно кивнула.
В этот момент в дверь громко постучали, в кабинет зашел комендант, и при одном только взгляде на него стало понятно, что произошло что-то страшное. Ларс Грат — вечно спокойный и невозмутимый — сейчас выглядел растерянным. Две пуговицы на камзоле были расстегнуты, верхняя на рубашке оторвана. Похоже, что в какой-то момент леру стало нечем дышать, и он рванул воротник.
— Что случилось⁈ — видя состояние коменданта, Моне начал медленно подниматься из-за стола. Глаза Фариса заледенели…
— Голубь из Акарема… — дрогнувшим голосом доложил Грат. — В поселке по какой-то причине обрушилась церковь, и из ее развалин повалили твари с Туманных Равнин. Несколько сотен, если верить написанному. И не только это… Со стороны кладбища к поселку идут мертвые. Вероятно, кто-то осквернил освященную землю и поднял тех, кто там похоронен. Часть жителей погибла или разбежалась. Те, кому повезло, скрылись за стенами. Гарнизон осажден…
— Ясно, — Моне пару раз глубоко вздохнул, приводя чувства в порядок и, повернув голову, вопросительно посмотрел на аббата.
— Я думаю, что как-то странно оно совпало, — без слов поняв вопрос приятеля, задумчиво покачал головой Фарис. — Присутствие бастарда возле границы и то, что там сейчас происходит. Не знаю, как это связано, но если Рональд Кенайский в этом никак не замешан, то такое может происходить не в одном только Акареме. Голубям из других гарнизонов просто дольше лететь…
— Да, — магистр кивнул и перевел взгляд на коменданта. — Объявляй Белую Тревогу, лер. Всех, кто не задействован по службе, — построить на площади перед Храмом. Я решу, как поступить, и подойду.
Едва только за комендантом захлопнулась дверь, Моне посмотрел на Асту.
— Тебя, твоих ребят и Зода это не касается. Найди комтура и пусть он определяется с составом полусотни. И чем быстрее, тем лучше. У вас другие задачи. Все, иди! И да пребудет с вами милость Алаты.
Юго-Западный Вестольд,
Имперский тракт,
1039 оборот от Великого Разлома,
13-й день второго весеннего месяца.
— А Калара, куда вы собирались отправиться, это ведь провинция Ашерона? — переложив поводья в левую руку, поинтересовался я у едущего рядом Канса. — Или у урхов собственная страна?
Самого Грона спрашивать было бесполезно. За все время нашего знакомства гигант произнес не больше пары десятков слов. Нет, он вполне нормально изъяснялся на алатийском, но говорил только по сути и кратко. Пересмешник же болтал без умолку.
— Родина брата — это как страна в стране, — пожав плечами, пояснил Канс. — Я не знаю, как правильно такое назвать. У урхов свои правители, военные вожди, Совет. В Каларе печатают собственные монеты, но часть налогов уходит в Ашерон. Южане при этом снабжают урхов всем необходимым, а те, в свою очередь, берегут восточные границы королевства от набегов степняков. Там у них все так перемешалось, что без пары бутылок жарки не разобраться. Дедушкой нынешнего правителя Фарида аль Рафа был урх. Вроде по матери, но я могу ошибаться. То есть урхи без проблем живут с обычными женщинами, хотя предпочитают жениться на соплеменницах. Собственно, за этим мы и едем в Калару… Брату жениться захотелось так, что места себе не находит, вот и…