У меня перехватило горло. Мой безалаберный младший брат впервые в жизни пытался взять удар на себя.
— Всё хорошо, Денис, — я сглотнула подступивший ком, чувствуя, как внутри разгорается яростное пламя. — Я всё решу. Никто никуда не сядет.
Я сбросила вызов. Черта с два я сдамся Руслану Орлову. Я упрямо зашагала к ожидающему меня черному внедорожнику.
Я села на кожаное сиденье, чувствуя себя абсолютно вымотанной, но мозг уже упрямо выстраивал новый маршрут. Если частные адвокаты куплены или запуганы, значит, нужно идти напрямую к тем, кто обязан защищать граждан. В полицию.
— Куда теперь? — нейтрально спросил водитель.
— В центральное управление МВД, пожалуйста, — ровным тоном ответила я, глядя прямо перед собой.
Водитель даже не моргнул. Он просто плавно вывел тяжелую машину на проспект. Его безразличие должно было меня насторожить, но я была слишком поглощена своим планом. Я всё сделаю правильно. Напишу заявление, приложу копию договора, зафиксирую факт вымогательства.
Пока внедорожник скользил по улицам, я смотрела на прохожих. Люди спешили по своим делам, пили кофе, смеялись. Их мир был нормальным. Мой же рухнул за одни сутки. Я вспомнила, как годами выстраивала свою независимость. Как брала подработки ночами, чтобы оплатить мамины счета, как выбивала для брата это место стажера, надеясь, что он наконец-то возьмется за ум. Я привыкла быть сильной. Я привыкла, что если я не сделаю, то не сделает никто. И я не могла просто так взять и отдать штурвал своей жизни мужчине, который решил, что может меня купить. Это противоречило всему моему существу. Я панически боялась стать зависимой.
“Я всё сделаю по закону, — твердо сказала я себе, сжимая ремешок сумки. — Он не всемогущий”.
Здание центрального управления встретило меня гулким эхом коридоров и запахом старой краски. Я подошла к дежурному, четко изложила суть обращения и уже через пятнадцать минут сидела в кабинете следователя — грузного майора с глубокими морщинами на лбу.
Он слушал меня вполуха, перебирая какие-то бланки, но когда я положила на стол договор с размашистой подписью Орлова, его взгляд мгновенно сфокусировался.
— Руслан Александрович Орлов? — переспросил майор, и в его голосе мелькнула странная, напряженная нотка.
— Да. Он шантажирует меня долгом моего брата, — я сидела идеально ровно, сцепив пальцы на коленях. — Угрожает сфабриковать уголовное дело, если я не стану его содержанкой. Я требую возбудить дело по факту вымогательства и принуждения.
Майор долго смотрел на бумагу. Затем медленно поднял на меня глаза. В них не было желания помочь. В них читалась откровенная жалость.