— Опа, а это что такое? — подхожу к стене рядом со второй дверью, ведущей в это помещение с другой стороны, и рассматриваю ту.
И увиденное меня удивляет. Стена, да и дверь тоже, вся в царапинах. Много мелких, но есть и довольно глубокие. И все они будто от чьих-то когтей. Но я не представляю, что там за когти такие должны быть, чтобы оставить царапины. Тут специальным мощным оборудованием хрен возьмешь стены и двери, а это когти… Можно было бы предположить, что нечто другое оставило их, но слишком уж они характерные, с чем-то другим очень сложно спутать.
Оглянувшись назад, смотрю на спекшиеся кучи на полу. Получается, это они пытались вырваться? И у них были когти, способные царапать металл стен этого корабля. Как хорошо, что они мертвы уже, а то у меня что-то совсем нет желания знакомиться с ними и узнавать, что они могут сделать с нашей броней.
Возвращаюсь к бойцам. Чем дальше, тем больше у меня возникает вопросов относительно произошедшего на этом корабле. Сейчас мне уже кажется, что на него кто-то проник. Какие-то звери? Звучит странно, но… И эти звери смогли довести эту махину до такого состояния? Непонятно, все еще слишком мало данных.
Закрыв за собой дверь, на всякий случай, иду к следующему помещению с такой же отметкой. По пути, конечно же, осматривая все встречающиеся помещения и делая пометки на карте, кратко описывая увиденное. Еще полчаса, и мы заглянули в следующий зал. И там картина, похожая на то, что мы увидели в прошлый раз, различия минимальны.
Это интересно. Но вот смотрю, и у меня возникает еще один вопрос — а почему останки только здесь? Почему их нет в коридорах, других помещениях? Единственное, что объяснило бы эту странность, — они здесь были собраны специально. Содержались там? Это какие-то лаборатории? Вольеры? Все еще слишком мало информации.
— У нас контакт! Контакт! — раздался вдруг панический крик в канале связи.
— С кем? Отчет! — бросаю в ответ, смотря по карте, где второй отряд находится. Однако в канале связи тишина.
— Бегом, — приказываю бойцам, что со мной, и срываюсь в нужном направлении.
Мы не так уж далеко от второго отряда. Минут за пять добежать на максимальной скорости должны, если, конечно, ничего не помешает. И пока несемся к ним, слежу за их показателями. Все живы, что радует. А вот с остальным сложно. Ранены? Возможно. Одно точно — они сейчас действуют на пределе своих возможностей.
Еще только подбегая к позиции отряда — они за это время заметно сдвинулись, зайдя в тупиковое ответвление коридора, — понимаю, что там все серьезно. За метров сорок нам начали встречаться следы боя и какие-то непонятные пятна на полу, похожие на чью-то кровь. Но не человеческую, слишком темной и густой она была.