Бывает такая не частая порода людей, что преданы не своей собственной выгоде и даже не Роду. Они преданы государству и его идее, они готовы служить ему не за страх, а за совесть, жизнь класть на алтарь этой службы и даже замараться в грязи, если потребуется. Те, для кого совокупность людей, земель, идей, истории и идеалогии, составляющие в своей совокупности то, что они зовут Родиной стоит превыше всего остального в мире. И Дементий Григорьевич Романов относился именно к этому редчайшему типажу государственных мужей…
А потому принял тяжелое для себя решение, последствия которого для него, скорее всего, закончатся весьма печально, но… Н о поступить иначе он не мог. Не мог и не хотел — а потому решительно зашагал к выходу из бальной залы. У него ещё много, очень много работы впереди…
После завершения основных работ по укреплению линии будущего фронта начались отправки многочисленных диверсионных отрядов вперед, туда, где в серой зоне меж двумя армиями сейчас разворачивалась настоящая драма. Цинь шел вперед неспеша, выжигая все очаги сопротивления на своем пути, стремясь как можно лучше промять, прогнуть под себя земли, через которые им предстоит прокладывать многочисленные логистические маршруты — громадные, многосоттысячные армады, при всей своей разрушительной мощи, обладают громадными аппетитами.
Солдатам требуется продовольствие, лекарства, пополнения, маршруты отправки раненных назад, на родину — в том случае, если пострадавшие обладали достаточной ценностью, что бы имело смысл с ними возиться, вместо того, что бы бросить на месте или добить. Так же по этим каналам отправлялись многочисленные обозы с награбленным, доставляя богатую добычу туда, вглубь исконных владений Китая — и всему этому, разумеется, активно мешали местные.
Остатки разбитых регулярных частей, не имевших возможности пройти всю провинцию и присоединиться к основным силам — летучие отряды вторженцев тоже не дремали, перехватывая бегущих в направлении Магадана и вырезая их под корень. Потому и приходилось им прятаться по лесам да полям, в горах и долинах, выискивая малейшую возможность что бы ужалить шагающего по нашей земле врага.
Гвардии многочисленных малых и средних Родов, ошметки сил Родов покрупнее, да даже простолюдины — все успели ощутить на себе хватку вторгающихся в земли Российской Империи азиатов всех мастей, а потому огрызались и дрались отчаянно. Из-за каждого куста в ночи могла прилететь отравленная стрела, вода в ручье могла оказаться отравлена алхимией, на стоянки фуражирских отрядов могли наложить проклятие, стремясь зацепить пусть не чародеев — почти что не было у нас столь уж серьёзных малефиков, что поделать — так хотя бы рядовой состав…