Однако не только грусть была в этот момент в его душе — встреча с Лаани дала веру, что даже у него может появиться хотя бы крохотная надежда на что-то доброе, светлое. Старый друг простил виновника своей гибели. Вот только сам Эрик себя так и не простил. Если бы принял свою судьбу раньше, не протестовал, не пытался изменить неизменимое, то ничего бы не случилось. Так нет же, полез, куда его не просили, едва все не изгадил. Посчитал, что может избавиться от судьбы Палача, если станет петь. Впрочем, Огонь, которым его за что-то наказал Господь… Или наградил? Трудно сказать. Божий Огонь жег сердце и заставлял петь, сочинять музыку и вообще творить не свойственные ему вещи. Это не зависело от юного тогда Эрика. Воспитывавший его Плетущий предупреждал, что не стоит даже пытаться, не стоит протестовать — все равно ничего не выйдет, да еще и пострадают близкие люди. Не поверил, дурак молодой. Не поверил. А зря. Сила вырвалась в самый неподходящий момент, во время концерта, погубив не только десятки тысяч зрителей, но и его друзей-музыкантов. Все видевший и все понявший Лаани умирал на руках кричащего от отчаяния Эрика. Тогда-то Лаани и проклял бывшего друга…
В комнату быстрым шагом вошла Лена. Она выглядела озабоченной и сердитой, Плетущий сразу отметил это. Сканировал ее мысли и внутренне иронично хмыкнул — вампирши достали девочку своей ревностью до глубины души. Да и сексуальное делание у нее буквально бьется в душе. Надо будет сказать, чтобы не делала глупостей. Женщине, владеющей Силой, да еще и мастеру Равновесия, необходим секс, нельзя сдерживать свои порывы — результат окажется не слишком приятен. И секс необходим отнюдь не ради удовольствия, а ради энергообмена, ради сброса определенного рода напряжения, которое в ином случае станет накапливаться и приведет со временем к срыву. Не раз наблюдал подобное, не хотелось бы, чтобы девочка наступила на те же грабли. Придется объяснить ей что к чему, хоть и не хотелось заводить разговор об этом. Она ведь обязательно попытается отдать свою любовь ему. А он не имеет права принимать — слишком хорошо понимает, что этим погубит ее. Слишком хорошо ему разъяснили когда-то, что случится, если он осмелится принять чью-то любовь. Что нет ничего, кроме долга. Нет, и не может быть. Для него, по крайней мере.
— Здравствуй, девочка! — улыбнулся Плетущий, создавая второе кресло, однако она попросила его подвинуться и села рядом.
Лена с тревогой всматривалась в лицо Эрика. Выглядит смертельно уставшим, даже не бледным, а зеленым. Нелегко, видимо, дался ему этот проклятый Суд… Но куда деваться. Палач ошибался, она уже хорошо понимала, что это такое — долг. Перед самой собой и Творцом. Но неужели есть что-то плохое в том, что они подарят друг другу по капельке тепла? Неужели? Наверное, есть, иначе все не было бы так страшно и так безнадежно. Эрик внезапно поднял руку и ласково погладил Лену по щеке. Она судорожно схватила эту руку и прижала к губам, едва сдерживая слезы.