Правда, в долгу тоже не осталась — перед этим попросила подруг закрыть глаза, и церберам тоже приказала, после чего в нашей комнате полыхнуло так, что любители подглядывать должны будут надолго это запомнить.
Но и это было еще не все.
— Разберитесь! — приказала я псам нашего декана, которые окончательно перебрались жить в нашу с Греттой комнату. — Но так, чтобы они не слишком пострадали, — добавила я, когда церберы подбежали к дверям, уже собираясь идти по следу наших обидчиков. — Не хочется похорон сразу после бала, — пояснила я подругам, и они со мной согласились.
Мы снова вернулись к нашим сборам и уже скоро закончили.
На мне было любимое синее платье и красный бант в прическе, потому что такого же цвета, но поменьше, я завязала бантики на чулках и туфельках.
Волосы мне завила Гретта, а Роуз принесла нам несколько бутылочек с духами на выбор. Сказала, что у ее отца в столице большая парфюмерная лавка — мама создает незабываемые ароматы, а он их продает.
Ну и о дочери они тоже не забывают.
Перенюхав все, мы выбрали подходящие из ее коллекции.
— Так вот откуда у тебя настолько развита чувствительность, — пробормотала я.
Потому что у Роуз имелся великолепный, но пока еще не оцененный в академии дар — она была отличным эмпатом с возможностью заглядывать в будущее. В этом я убедилась во время Прорыва, когда по коридорам нашего факультета бродили порождения Тьмы.
Гретта тем временем разглаживала несуществующие складки на нарядном черно-сером платье, отлично подходившем к ее бледному лицу и подведенным темной краской глазам. На Лианне был алый наряд с вызывающим вырезом — именно в таком она собиралась покорить сердце…
Чье именно, нам она так и не призналась, лишь намекнула, что есть один. Тот, кто ей нравится еще с первого курса.
Сейчас он учился уже на пятом, так что у нее оставалось не слишком много времени, чтобы привлечь его внимание.
Мы с Греттой накинулись на нее с расспросами, пока Роуз поправляла лимонного цвета платье с золотистой вышивкой. Лианна принялась отнекиваться, но тут с задания вернулись псы, и у каждого в пасти было…
Нет, вовсе не откушенные конечности любопытствующих, которые за нами подглядывали, хотя я не исключала и такой возможности.
Церберы принесли совсем другое.
— Два обслюнявленных письма и одна такая же обслюнявленная бархатная коробочка, — сообщила мне Гретта, смело достав принесенное из пастей демонических собак. — Что бы это значило? — спросила она, уставившись на меня округлившимися глазами.
Я ответила, что сейчас мы все узнаем, после чего раскрыла первое письмо. Ну, проверила его на магические ловушки, не без этого.