— Тогда садись в магмобиль. Я попрошу Хайма включить обогрев посильнее.
— Леди Тейра, — обратилась ко мне женщина. — Вы можете поговорить у нас. Дома кроме меня никого нет. — Но вдруг стушевалась и опустила взгляд. — Если, конечно, не побрезгуете. Мы живём скромно.
Её слова задели меня за живое. Побрезгую? Что за жуткое слово?
— С радостью приму ваше приглашение. Но не могу прийти с пустыми руками.
Я обернулась к охраннику, жестом подозвала к себе.
— Хайм, сходи в кондитерскую и купи торт. Самый вкусный, — приказала ему. — И печенья. Разного. Много. А ещё чай и сахар. Доставь в квартиру этой мисс. Постарайся справиться быстрее.
— Я не имею права оставить вас без охраны, — попытался возразить он.
— У меня с собой уйма артефактов, да и сама я кое-что могу. Поэтому будь спокоен.
Но тот перевёл многозначительный взгляд на Ходденса, давая понять, что именно в нём видит основную угрозу.
— Клянусь, не причиню ей вреда, — сказал дрожащий от холода Эйв, легко разгадав его взгляд. — И буду защищать.
Хайм просканировал его пристальным взглядом, но в итоге всё же кивнул.
— Могу я узнать номер квартиры? — спросил мой водитель. Кажется, он уже просто устал удивляться вывертам своей подопечной.
— Сорок четыре, — ответила явно обескураженная женщина.
— Скоро буду, — кивнул он и ушёл.
А я направилась вслед за Ходденсами в тёмное нутро ближайшего подъезда.
Эйвер
Тёплые струи стекали по плечам и груди, но я всё никак не мог согреться. Хотелось обжигающе горячей воды, но тут о такой можно только мечтать. Приходилось довольствоваться тем, что есть.
Я тёр себя жёсткой мочалкой, надеясь смыть тошнотворный запах камеры. Казалось, он въелся под кожу, проник в волосы, и теперь будет преследовать меня до конца дней. Я бы с радостью провёл в дýше не меньше часа, но сейчас не мог себе это позволить. Нагрев воды стоил очень дорого.
В голове до сих пор не укладывалось, что нас отпустили. И не просто отпустили, а выпроводили, закрыв дело. А та, чьей мести я здраво опасался, спасла меня от неминуемого приговора.
Я был благодарен Тейре, но в душé это чувство боролось с гадким ощущением собственной слабости. Никчёмности. Я-то ждал, что она ответит мне местью, а она… поступила благородно.
А сейчас и вовсе сидит на кухне с Кристалл. И ждёт меня.
Да, нам нужно поговорить. Обсудить произошедшее той роковой ночью. Попытаться найти выход. Но я просто не знал, с чего начать этот сложный разговор. Просить прощения? Уже пытался. Тей сказала, что ей плевать, и она знать меня не желает. А значит повторять попытки бессмысленно.