— Ура! — воскликнула девица, прозрев. — Какое счастье — снова видеть! Хотя, твою зеленую рожу я была бы рада больше никогда не лицезреть, к-хе.
— Доболтаешься, буду на тебя только низкокачественные моды тратить.
На радостях Шильман обняла и поцеловала не только меня, но и Диану с Рей. Тень была удивлена и слегка смущена действиями соратницы. Вроде бы обижаться на Ткачиху Молчунья перестала.
— Замечательно! Иди спать, дон Карло, а я пока поработаю над паучьим шелком. На очереди штаны для Толстяка!
— Ага, постарайся там…
Зевнув, я прибрал к рукам все еще слегка обиженную Тень, схватил ушастую и отправился на боковую. Рей на удивление заснула быстрее меня. Умаялась бедняжка за день. Раны давали о себе знать. Диана же долго ворочалась, меня сморило следующим.
Наутро Молчунья выглядела уже достаточно бодрой, насколько вообще может быть бодрой такая тощая девица. Не Лолька, конечно, но пяток-другой кило ей наесть не помешает. Вот ведь метаболизм и стиль жизни у людей разный. Кому-то достается геном толстяка, другому — геном доски или лольки.
За завтраком мы принялись обсуждать дальнейшие планы.
— Ты не отступишься, так ведь? — вздохнула Диана Викторовна.
— Старый Кремль будет наш, ну а Вова Бульдог покинет свой трон. Не мы начали эту войну, но мы ее закончим.
— Ужасно, что люди неспособны больше договориться, — покачала головой преподавательница горестно.
— Как будто раньше могли, — хмыкнул я. — В таком случае войны бы не случались. Не переживайте, Диана Викторовна, ваше дело — отвлекать противника и, по, выводить из строя. С остальным мы справимся сами.
Девушку приободрить мне не удалось, но носиться с ней будто нянька с проблемным дитем я не собирался. В суровом мире Зомбеца выживает сильнейший. Если бы стычки с Бульдогами не произошло, я бы еще попробовал договориться по-хорошему. Например, поторговался в обмен на легендарки и эпики. Однако предводителю банды теперь известно, с кем столкнулись его люди. Вряд ли он встанет на нашу сторону. Было бы у Володи прозвище Шахматист или Пианист, я бы еще мог предположить такое, однако бульдоги будут охотиться и держать клыками свою жертву, невзирая на собственную безопасность.
— А что с тем… неопрятным мужчиной, который назвался Степанычем? — вопросила Диана.
— Думаешь, ему можно доверять? — заметил я.
— Ну, фермеры Борисовы и Баба-Яга оказались не так плохи, как виделось на первый взгляд. Теперь я стараюсь дать всем шанс проявить себя, как бы отталкивающе они ни выглядели. Думаю, Степаныч умеет держать слово.
— Хм, послушать зайку и сделать наоборот? — задумался я.