— Нинель… Мне ещё никто никаких не дал…
— Дадут, — сказал я убежденно. — Куда они денутся.
— Стой, Нинель. Как, головы-то мерять? Шлем — не кепка…
Я объяснил. Не зря же германскую прошел.
— От стенки шлема до самой головы два поперечных пальца должно входить. Со всех сторон. — для наглядности я даже показал. Хотя, на себе показывать — плохая примета.
Сормах шлемы для всей дивизии за сутки добыл. Как уж там и что было, я про это не интересовался.
— Красные звёзды впереди на касках нарисовать. Не криво и однообразно.
Такой приказ в полки от комдива поступил при получении ими защитного обмундирования.
Некоторые при виде касок хмыкали, но старослужащие им быстро мозги вправляли.
— Лучше три фунта на голове носить, так она целее будет…
Сормах и бронепластины к шлемам добыл, но я их посоветовал пока в обоз отправить. Пусть там хранятся до поры до времени.
Кстати, нашему примеру и другие дивизии Армии Мировой Социалистической Революции последовали. Прижимистые германцы покряхтели, а шлемы всем выдали. Мне же ещё от командования благодарность вызвездила. За находчивость и сообразительность.
Глава 3 Отзыв в Берлин
Прошлый раз, когда я через Германию в Россию на поезде возвращался, я её толком и не рассмотрел. На остановках нас из вагона не выпускали, а много ли из окна увидишь…
Великая война на территории Германии почти и не велась. Дороги несколько подзапущены были, но целыми остались, города и сельские поселения не разрушены, предприятия трубами не везде дымили, но сохранились.
Народ местный пообносился, сытостью лица не маслились. Много инвалидов по пути нам встречалось, но — куда уж без этого…
До границы Франции нашей дивизии даже ни разу повоевать не пришлось. Красными флагами нас встречали. Правда, без хлеба и соли. Чаще на наших полевых кухнях местное население столовалось. Сормах так приказал — если есть возможность, делиться пищей с германцами. Особенно, детишек не забывать.
Как только перешли на территорию Франции, совсем другая картина началась. Просто, апокалипсис какой-то. Там и сям — развалины, бесконечные линии траншей, сейчас уже пустых, но даже по прошествии времени видно — хорошо здесь повоевали…
Земля была перекопана артиллерийскими обстрелами, засеяна пулями. Местами даже не вся колючая проволока была снята. Некому этим было заниматься.
Потери Франции в войне были огромны. В войне с французской стороны принимали участие более восьми миллионов военнослужащих. Из мужчин, что по возрасту подлежали мобилизации, тут почти восемьдесят процентов одели в шинели. Погибло их почти миллион, ещё три — было ранено. Миллион инвалидов война Франции подарила, а сколько ещё приобрели серьезные проблемы со здоровьем…