— Все, мы на самой короткой прямой до твоей погодной установки, — произнес Коростин, после пятнадцати дней тяжелейшего пути, когда они остановились где-то между Цзюцюанем и Чжанье.
Системы субтеррины то и дело отказывали и их приходилось чинить. Экипаж вымотался до предела, так, что они больше походили на покойников. Хорошо если удавалось выкроить три-четыре часа на сон.
— До нее около ста пятидесяти километров. Если поднапрячься, то мы можем добраться до нее за сутки. Вопрос в том, где именно ее искать? Ведь подобраться нужно с точностью до километра. Лично мне это представляется невозможным…
— Ну почему же… Все в этом мире идет по наименьшему сопротивлению, все оставляет следы. Из телерепортажей я помню, что установка находится между этими городами и озером Марин-Гол вновь обретшего воду вследствие работы установки.
— И?
— И нам нужно найти дорогу идущую от установки к ближайшему городу.
— И как ты собираешься это сделать?
— Очень просто, выглянуть и посмотреть. А еще лучше провести небольшую разведку.
— На счет разведки, это большая глупость…
— Да… там этих патрулей и воздушных разведчиков выше крыши, — согласился Вадим. — Но смотреть все равно придется.
— Посмотрим… Другое дело что как только мы удовлетворим свое любопытство, нас тут же накроют.
— По-другому никак. Придется все делать очень быстро…
— Как всегда, — кивнул Корости.
«Крот» осторожно выгреб на поверхность.
Следовало торопиться. Сейчас тут будут кишмя кишеть китайцы.
— Ничего не видно, — сказал Анатолий, взглянув в перископ. — Снег…
— Что ты сказал⁈ — встрепенулся Вадим.
— Снег говорю… валит… — повторил Коростин, медленно осознавая что это для них значит.
— Живо вылезаем и вперед! Другого шанса у нас не будет!
Субтеррина выскочила на поверхность и понеслась на север, укрываемая сплошным покрывалом снега.
Вряд ли эта пустыня когда-то знала подобное обилие осадков, тем более снежных. Сугробы достигали невероятной высоты в два метра, что-либо разглядеть сквозь эту белую кашу дальше двух-трех десятков метров не представлялось возможным и это хорошо, потому как китайцы тоже вряд ли могли что-то разглядеть и сделать. Разве что следы… Но и их сначала тоже надо найти.
В какой-то момент снег что вздымал нос крота стал грязным. Вадим чувствовал песок на губах и чем дальше ехал «Крот» тем больше песка в снеге становилось.
Сначала Вадим подумал что это барханчики, но тут же пришла мысль, что тогда субтеррину начало бы качать как на хорошей волне. Мысль о том что толщина снега уменьшилась и потому вспахивается песок, тоже не подтвердилась.