Окончательно успокоилась я, только когда Стиг пообещал тоже переночевать у Герды, охраняя детей и ее. А еще он напомнил мне о вампирах и оборотнях, которые круглосуточно бродят вокруг этой «дачи». Мол, сюда мышь не проскочит, не то что недоброжелатель. Да и недоброжелатели все уже перевелись — Эдвина в закрытой клинике под охраной, родители Якоба и Ады заняты продажей дома, а других заинтересованных в Мике лиц в Ауларе нет.
Убеждать этот оборотень умел… юрист же. Да и детей разлучать не хотелось — у них праздник все-таки. Так мы с Итаном и оказались дома вдвоем, потому что Эсми, как гласила оставленная на кухонном столе записка, уехала по делам: срочно и без каких-либо объяснений.
— Вино будешь? — доставая из холодильника бутылку, которой там раньше не было, предложил Итан.
— Пойду переоденусь сначала, — решила я, направляясь в комнату, но вер нагнал меня на лестнице и, схватив за руку, вынудил обернуться.
— Я люблю тебя, ведьма, — признался неожиданно. Голос хриплый, взгляд шальной — он точно только морс на дне рождения пил?
— Итан…
— Держи! — Варгар вручив мне открытую бутылку с бокалами, подхватил меня на руки и понес наверх.
Совсем спятил! Сам оружие в руки дает. А вдруг я воспользуюсь им по старой памяти? Что ваза, что бутылка — одна фигня.
— Куда ты меня…
— Убеждать!
В спальне…
Это был заговор! Самый настоящий. Эсми работала в паре с Итаном и, не удивлюсь, если Герда со Стигом тоже поучаствовали. Иначе как еще объяснить такое удачное стечение обстоятельств? Мика остался в гостях у ампиры, а ба ускакала в неизвестном направлении, бросив нас тут одних. Но перед этим не забыла зажечь долгоиграющие свечи в спальне варгара и осыпать лепестками роз постель, слегка усилив их нежный аромат. Или это не ба, а сам оборотень расстарался? Он, помнится, говорил, что я достойна большего.
Но когда успел? Из дома вер вышел немногим позже нас с сыном. Неужели готовил романтическую ловушку за закрытой дверью? А я и не знала. Но даже если так, заговор это все равно не отменяет!
Войдя в комнату, Итан сел вместе со мной на кровать, аккуратно, но настойчиво отобрал у меня бутылку (сообразил, наверное, что могу использовать ее не по назначению), после чего достал из кармана брюк тонкий золотой браслет с вплетенными в узор кусочками янтаря и протянул мне.
— Итан, только не надо… — начала нервничать я, глядя, как вспыхивают рыжие камешки от света расставленных повсюду свечей. Почти так же ярко и завораживающе, как глаза варгара.
— Ты сама сказала: сначала опека над Микой, потом свадьба, — перебил вер, продолжая держать передо мной браслет.