Усмехнувшись, Троянский вернулся к столу, на краю которого и устроился в небрежной позе.
— Ты меня полностью устраиваешь в качестве жены и матери нашего сына. Постель с тобой тоже меня удовлетворяет… — начал он, но я его перебила:
— Ещё бы я тебя не устраивала! — выкрикнула в ответ, начиная закипать. — Была с тобой, когда мы делили одну краюху хлеба на двоих и больше на обед у нас ничего не имелось!
— Я не хочу об этом даже слышать…
Нет, Руслан не повысил голос, когда произносил эти слова. Напротив — он процедил их как-то по-особенному тихо и угрожающе, да так, что у меня от этого тона мурашки по спине побежали. Конечно, я гипертрофировала, когда описывала нашу с мужем жизнь до того, как он стал зарабатывать большие деньги, но суть передать смогла — часто мы перебивались с хлеба на воду. И, как оказалось, это прошлое Руслан воспринимал не как опыт, а с жуткой ненавистью, которая сквозила в каждом его жесте, слове и взгляде.
— Не хочешь? — Я пожала плечами. — А всё равно придётся. Я за тобой замужем много лет, Троянский! Я родила тебе сына, была всё это время верной женой. И я требую к себе уважения!
С губ мужа сорвался вздох. Показалось, что Руслан считает себя таким уставшим от всего происходящего, что сродни ему лишь атланты, держащие на своих плечах небесный свод.
— Женя, я тебя более чем уважаю, поверь. Любой другой на моём месте даже не стал бы тебя слушать. Ты живёшь как у Христа за пазухой. Курорты, украшения, брендовая одежда, шикарный дом… Да что я перечисляю? — Он всплеснул руками, предварительно поставив бокал виски рядом с собой. — Ты и сама знаешь, что у тебя есть в жизни благодаря мне.
— Благодаря тебе? А ты не путаешь берега, Троянский? — возмутилась я, поражаясь той наглости, которая сквозила в словах мужа. — Я была рядом столько лет, мы с тобой вместе «росли»…
Я говорила о том, что мы преодолевали трудности вдвоём, держались один за другого, были друг другу опорой… И вот, как оказалось, теперь я занимала место возле Руслана, потому что он был очень добреньким, позволяя мне пользоваться теми благами, на которые заработал…
— Именно. Мы «росли» вместе, как ты выразилась, но ты перестала развиваться, Женя. Видела жён Коровянского или Тихомирова? Занимаются своим делом, ни единой свободной минуты…
— Но у меня Савва! — напомнила я мужу о том, что всё время посвящала сыну.
— Савве два с лишним года. Мама уже давно говорила тебе, что его пора устроить в ясли. Сейчас он уже дорос до садика…
Я поджала губы, чтобы точка кипения, до которой дошла, не сыграла против меня. Постепенно начала понимать: муж всё решил, он будет делать только так, как хочет сам. Моё мнение уже не учитывается.