«Надеюсь, у него срочные новости, и хотя бы это его оправдывает!» — Бурчу я про себя, глядя на мчащихся разведчиков.
Одержав коня, Ванька слетает с седла прямо перед охраной, и я киваю стрелкам.
— Пропустите!
Через мгновение слышу его бравое — здравия тебе, консул — и награждаю его строгим взглядом.
— Ты чего несешься так, словно пожар! Зашибешь кого, не спущу!
Тот лишь радостно скалится в ответ.
— Дак пущай поспевают за разведкой, а то плавают как мухи вареные!
«Горбатого могила исправит!» — Мысленно машу на Ваньку рукой, понимая, что у разведчика должна быть эта отчаянная безбашенность, иначе трудно будет ждать от него серьезного результата.
Кивнув ему, мол иди за мной, захожу в шатер и подхожу к карте.
— Ну, показывай!
Пока, стащив с головы шапку, Соболь примеривается с чего начать, у меня в голове успевают промелькнуть все главные события этой весны.
Полк Козимы с тремя сотнями московской дружины к середине марта обрушился на литовские отряды, что грабили округу под Мстиславлем. Порубив многих, они погнали их аж до Свислочи, где натолкнулись на главные силы Войшелка. Тот, сняв осаду со Слуцка, вывел свое воинство навстречу невесть откуда взявшимся руссам. Козима не подвел и после столкновений передовых дозоров повернул обратно, но вел себя нагло и отходил только перед лицом превосходящего противника.
Весенняя распутица развела воюющие стороны, но Войшелк конечно же не успокоился и, попросив помощи у отца, уже к середине мая двинулся на Дорогобуж и Можайск. Не встретив никакого сопротивления, он разграбил эти два города, и тут случилось нечто мною непредвиденное.
Подумав, что пришел его час поквитаться, Брянский князь Роман Старый вновь попытался взять Тулу нежданным наскоком. В этот раз, как и в прежний, ему это не удалось, и ограничившись грабежом предместий, он двинулся на Калугу и Серпухов.
«Маслом кашу не испортишь!» — Решил я тогда и особо не расстроился, тем более что гарнизоны крепостей показали себя отлично. Дальше уже все пошло по плану, Александр Ярославич, князь Киевский, вместе с братом Даниилом вторглись в пределы Черниговского княжества и осадили сам стольный град. Восстановленный ров и насыпи под баллисты стали для них большим сюрпризом, а залпы громобоев похоронили надежду Александра взять город быстро и без больших потерь.
Стоящий в тот момент у Можайска Войшелк воспринял все эти события, как подтверждение тем слухам, что усиленно распространялись у него на пути. Якобы в Твери полный разлад, а Великий князь Владимирский вновь ведет татар на Русь. Окончательно им поверив, Войшелк решил урвать кусок пожирнее и двинул свое войско на Москву.