— Я работаю над этим.
— Плохо работаешь! Порой мне кажется, что ты размякла и не в состоянии решить простейших задач. Упустила кхассера в том году, позволила ему разворотить всю долину! Если бы не он…
Мелена едва слышно скрипнула зубами. Побег кхассера стал ее провалом. Именно она недооценила возможности зверя, не просчитала его действий и не увидела в мелкой девице из долины потенциальную угрозу.
— Такого больше не повторится.
— Не разочаруй меня, Мелена. Ты же знаешь, я не люблю разочаровываться. И наказываю тех, кто посмел меня разочаровать.
Уж кому как не ей это знать. Она лично не раз выполняла его жестокие приказы.
— Я проконтролирую, чтобы границы были усилены.
На душе было тревожно. В Милрадии привыкли полагаться на нерушимую защиту, а теперь она трещала по швам, едва сдерживая готовый хлынуть из Андракиса ужас.
Что это за колебания? Что пытаются сделать андракийцы?
Как же не хватало глаз, наблюдающих за Долиной изгнанников. Впервые в жизни Мелена жалела, что на стороне Асоллы нет оракулов и провидцев, или магов, способных видеть звериными глазами.
В глубокой задумчивости Мелена отправилась в подземелье, туда, где ее ждал странный бродяга. Тревога из-за его появления смешивалась с дурными предчувствиями после новостей вестника. Мел ненавидела это состояние, когда тычешься из стороны в сторону, как слепой котенок, но ни черта не понимаешь.
В подземелье было прохладно. На сквозняке тяжелые факелы отбрасывали неровные тени на серые стены и узкие каменные ступени, по крутой спирали ведущие вниз на закрытые уровни.
Бродяга был наверху, в широкой светлой камере с окном под потолком. Спускать его ниже не было повода. Пока.
Возле дверей, ведущих в отсек для задержанных, Мелену остановил Дэннис — главный тюремщик Асоллы.
— Напомни, почему мы держим здесь этого бродягу? В чем он виноват?
— Слишком много вопросов, тебе не кажется? — Мелена вскинула брови и, задев тюремщика плечом, вошла внутрь.
Маэс сидел на узкой лавке, привалившись к стене и прикрыв глаза, но Мел чувствовала, что он наблюдал за ней из-под полуприкрытых век.
— Подъем! — скомандовала она, грохоча рукояткой плети по прутьям решетки.
Глаза он открыл, но не пошевелился, только лениво вздернул брови.
Мелена взяла стул, поставила его вплотную к решетке и села.
— Я буду задавать тебе вопросы, и в твоих интересах отвечать правдиво. Если мне покажется, что ты врешь, я позову мастера воспоминаний, и он запросто выпотрошит тебя и все твои секреты.
— Нет секретов, — скупо ответил Маэс.
Мел чувствовала, что он совершенно ее не боится, и это злило. Все боялись! Стоило ей только нахмуриться — все в радиусе десяти метров покрывались испариной и белели от страха. Этот же продолжал сидеть и как ни в чем не бывало смотреть ей в глаза.