— У них страх слишком жидкий, что ли. Собирать слишком проблемно. А вот у стариков он такой густой, настоявшийся. Даже пары человек хватает надолго. И вообще, после того, как я у них весь страх забираю, старики чувствуют себя гораздо лучше. Даже Мира подтвердила, что это имеет очень хороший терапевтический эффект.
— Да иди ты, терапевт, — отмахнулся я. — Давай лучше закончим, и завтра, наконец, узнаем, кто из наших красавиц мухлюет с ватой, поролоном и другими пуш‑апами, чтобы такие, как мы с тобой, слюнями исходили.
— Заклинание второго круга, которое может иметь непредсказуемые последствия, — произнёс Каспер, но кто его будет слушать, когда на кону возможность заглянуть за грань!
— Вот и прошёл очередной учебный год, — начал речь Александр Михайлович, отчего‑то косясь на нас с Гришкой.
А мы чего?
Мы ничего не сделали. Стояли себе совершенно спокойно, даже рядом с одноклассниками.
Чем старше мы становимся, тем лучше к нам начинают относиться. И даже бояться уже перестали. Понимают, что дружба с нашей четвёркой может принести множество преференций.
Пока только по учёбе или её отсутствию — тут уж как получится. А в будущем одного факта знакомства с нами может вполне хватить, чтобы открывались многие двери.
— Для кого‑то он выдался трудным, кому‑то дался невероятно легко, но я прекрасно знаю, что все вы выкладывались по полной. Трудились не покладая рук и не жалея себя, — продолжил Бродский, не сводя взгляда с нас.
— У меня лицо чистое? — не выдержал Гришка. — Дома тосты с вареньем ел, может, обляпался?
— Чистый ты. Здесь другое. Забыл, на чём специализируется директор?
— Как Мира наша — на магии разума, — ответил Гришка и резко сделал шаг в сторону, оказавшись за спиной Володьки Разина, самого здорового из нашего класса. — Думаешь, он смог узнать?
— Что узнать? — спросила Ульяна Томская, одна из тех, кто фигурировала в нашем споре.
— Что мы физру на прошлой неделе прогуляли, — быстро ответил я и выдернул Гришку к себе, стараясь как можно более убедительно улыбаться директору. — Ульян, всё нормально. Если кого и будут ругать, так это нас с Гришкой. Вы же тогда повелись на наши уговоры. Ведь правда?
— Правда, — немного заторможено ответила девчонка.
Плохо у меня пока получается использовать трюки Скворцовой, но я совершенствуюсь.
— Вот и хорошо, а теперь слушай, что говорит Александр Михайлович, а то на нас уже половина собравшихся косится. Точно влетит, — девчонка кивнула и встала рядом с Володькой, с огромным энтузиазмом прислушиваясь к словам директора. Я же, продолжая улыбаться, заговорил с Гришкой: — Ерундой не занимайся. Не может Бродский к нам в мозги залезть. А даже если и может, то никогда не найдёт там нужной ему информации. Да и наше заклинание никто не сможет обнаружить. По крайней мере до тех пор, пока мы его не активируем. Я надеюсь, ты ключевую фразу не забыл?