— Я тут! — в дверях кухни появляется запыхавшаяся Лиля, в руках она держит три коробки с шоколадными конфетами «Птичье молоко»: — совсем забыла, что у нас сегодня мужчина есть и его пользовать можно. Вот и хотела его забрать и попользовать, там тяжело…
— Бери! — Айгуля тут же вцепляется в одну коробку с конфетами: — забирай и делай с ним что хочешь! Добавишь еще коробку сверху и совсем забирай!
— Прямо «Хижина дяди Тома» какая-то. — говорит Алена: — продажа молодого раба за коробку конфет.
— За четыре коробки. — уточняет Виктор: — не нужно мне тут цену сбивать. Что там нужно передвинуть? — спрашивает он у Лили. Она кивает головой, мол следуй за мной. Он идет за ней, за спиной девушки уже открывают коробку с конфетами, ставят электрический чайник, а Маша Волокитина уже гремит посудой в раковине.
Он идет за Лилей в ее комнату, переступает порог и оглядывается. Комната Лили Бергштейн больше всего похожа на перевалочный пункт мелкого предпринимателя в девяностые — везде какие-то коробки и ящики, за ними и мебель не всегда видна.
— Вот! — тычет она пальцем: — вот этот ящик бери! Хотя погоди… — она наклоняется и вынимает бутылку из деревянного ящика: — это ж «Мускат», положи на место, не трогай. Маше «Мускат» не нравится. Воон там давай посмотрим… ага. Вот, «Массандра»! Его и бери.
— Откуда у тебя столько… всего? — удивляется Виктор, поднимая ящик с портвейном: — просто как товарный склад на торговой базе.
— А, долгая история. — машет рукой Лиля: — это все кооперативщики со своей последней инспекцией. У меня не всегда так было, просто к ним проверка из ОБХСС на базу нагрянула, а у них избытки по складу. А как мне там объяснили, при проверке должна быть недостача, но никогда не должно быть излишков, вот они временно мне сюда все и вывезли…
— Понятно. — кивает Виктор, шагая к выходу из комнаты-склада. Действительно все понятно. Если на торговой базе недостача — ничего страшного. Прохохотали, украли, разбили, не донесли и так далее. Никогда не бывает таких складов, где все чика в чику, обязательно недостача будет. Но вот если на складе излишки, причем крупные — это будет означать что на этой базе чего-то мутят, как-то обманывают. Согласно Михайло Ломоносову, ящики с «Мускатом», «Массандрой», «Птичьим Молоком» и прочей номенклатурой легкой и пищевой промышленности — из ничего не появляются. Как он говаривал — «ежели в одном месте ящик с портвейном присовокупился, то в другом месте убыть такого же ящика должно». А теперь простая цепочка силлогизмов — если по документам ящиков нет, а в природе они существуют на складе — значит идет мухлеж с документацией. И все — ОБХСС рукава засучивает и на базе временно прописывается… временно — пока не раскрутит все.