За ночь на этой мостовой пролилось столько крови, что дождь до сих пор вымывал её из камней, и уносил частички свернувшейся жижи в канализацию. Делая и без того переполненные водой туннели под городом вдвое опасней и непроходимей.
Где-то над крышами сверкнула молния и дождь усилился, снова превращаясь в ливень.
Прижавшись к стене в переулке и пропустив мимо себя стрелка, говорящий за мёртвых снял перчатку и провёл кончиком ножа по своему изрезанному пальцу.
С момента рождения аватара, его энергетический резервуар существенно вырос, не только увеличив эффективность любых заклинаний, но и позволив использовать их значительно чаще. Тем не менее, убийца продолжал прибегать к магии крови, единственному из доступных и наиболее простых средств, позволяющих существенно экономить.
Первой, он нарисовал на своей щеке руну «Оклотос», уже использованную им однажды во время проникновения в капище тэклитов. Эта руна, была просто незаменима, когда трёхликий полагался на скрытность.
Второй на очереди, стала руна «Нивиармус». Тремя изогнутыми линиями, формирующими вихрь, она легла на другую его щеку, защищая от магии четырёх стихий.
Выбор последней руны был определён непогодой и мокрым плащом. Говорящий за мёртвых понимал, что, если кто-то использует против него магию воздуха, например тот же электрический разряд, или скажем обморожение, последствия будут сокрушительными.
— Подсади. Мы откроем тебе двери.
Окна первого этажа нужного дома располагались слишком высоко, поэтому Сэвену пришлось сложить ладони в замок и подтолкнуть убийцу. Выгадав таким образом расстояние, мечник сумел ухватиться за ставни и повиснув на них одной рукой, воспользовался ножом, чтобы, просунув лезвие в щель, отбросить крючок и вскрыть преграду.
Все вместе эти действия заняли пару секунд и уже через мгновение, говорящий за мёртвых скрылся в доме. Сэвену ничего не оставалось, как просто ждать, наблюдая из-за угла за входом.
Убийца, мягко спрыгнув на пол, не стал закрывать за собой окно. Ставни в этом доме выглядели крепкими, он понимал, что их вряд ли получиться высадить с прыжка, а блокировать единственный путь для отхода было бы просто несусветной глупостью.
Лишь слегка прикрыв за собой окно, проникший в дом мечник осмотрелся.
Прислушиваясь, говорящий за мёртвых замер. Он оказался в банной комнате, в месте, куда весь дом ходил стирать бельё и купаться в бочках.
Откуда-то тянуло запахом мертвечины…
Простояв так несколько десятков секунд и не услышав ничего подозрительного, убийца ушёл в скрыт, отчего его очертания размылись и стали полупрозрачными.