Едва мы оказались в безопасности, как я привёл одного из генералов в себя. Он сразу же сообразил, что произошло, к тому же умудрился меня узнать, хотя попытался это скрыть.
— Ваше имя, фамилия и звание, — потребовал я ответа, причём даже без магии, не собирался с ним долго беседовать. Вон Сергей уже чуть ли не плачет, но не вмешивается.
— Генерал-полковник Гудериан Хейнц Вильгельм, инспектор танковых войск, — доложил генерал. Надо же, даже не стал сроить из себя героя. Впрочем, Юра рядом с ним крутит в руках здоровенный нож, наверняка офицер наслышан том, как я умею вести допросы.
— Гудериан, — повторил я, вспоминая из истории об этом человеке. — Вы вроде бы командовали танковыми войсками или я ошибаюсь?
— Командовал, — кивнул пленник. — А теперь инспектирую танковые войска.
Ну да, понёс серьёзные потери и был понижен, вроде бы в прошлой истории он был целым фельдмаршалом, а сейчас всего лишь генерал-полковник, не оценили старания или понизили. Впрочем, это неважно.
— Какое сегодня число? — Поинтересовался я у Сергея, крутившегося тут же с кучей документов в руках, которые он никому не доверял, чтобы не потеряли.
— Одиннадцатое июля, — сообщил мне разведчик.
— Забавно, — сказал я и расхохотался.
— Вы чего? — Удивлённо спросил Сергей, остальные также смотрели на мою реакцию с удивлением.
— У Павла Анатольевича вроде бы день рождения двенадцатого июля. Я не ошибаюсь? — Спросил я.
— Всё верно, — кивнул разведчик и тоже улыбнулся, поняв, что меня так развеселило, неплохой будет подарок.
— В макулатуре, которую ты держишь, нет чистых листов?
Сергей вздохнул, но всё же отыскал чистый лист и даже протянул карандаш. На листке бумаги я поздравил Павла Анатольевича с днём рождения, после чего прикрепил этот листок к кресту Гудериана. Я с трудом сдерживал смех, в этот момент мне очень хотелось посмотреть на лицо разведчика.
— Может, хотите поздравить его лично? — Даже как-то жалобно спросил у меня капитан. Уж очень ему хотелось передать таких пленных самому, захотел отличиться. За это ведь могут наградить и повысить в звании.
— Нет, — покачал я головой. — Да не переживай так, ты же ближник Судоплатова.
— Ближник, — поморщился Сергей. — Павел Анатольевич не какой-то князёк.
— Ты меня понял, — отмахнулся я. — К чему я это говорю, он же явно не утаит твоих заслуг перед вышестоящим руководством, так что тоже достанется.
— Здесь только Ваши заслуги, господин, — подал голос Юра, но я никак не стал комментировать его слова. — Всем приготовиться, открываю портал.
С Судоплатовым у нас была договорённость, он знал, что если у нас появятся пленники, то я переплавлю их прямо к зданию разведки. Мне некогда отправляться в Москву лично, требовалось совершить марш-бросок, чтобы выйти к другой дороге, пусть немчура носится как ошпаренная по всей Белоруссии. Хотелось мне немного нашкодить и усыпить пленных на несколько часов, после чего переправить в Москву. Но такая шутка будет неуместна, Гудериан может очень много знать, а из-за такой шутки могли погибнуть сотни, а то и тысячи советских граждан.