И точно, справился меньше, чем за четверть часа. Все присутствующие, проснувшись, были уверены, что пара неадекватов рванула в поля с криками, что их все задолбало, и они увольняются. Стас пожал плечами и полез за руль. Через двадцать шесть минут, опоздав всего на пять, машина заехала во двор восстановленной и сдающейся под различные мероприятия дворянской усадьбы.
Радим выбрался наружу и был тут же перехвачен Старостиным. Ну, что сказать? Тот был уже в курсе и зол, причем наглосаксы его взбесили куда больше, чем самоуправство Вяземского, но и тому достался злобный взгляд.
— Браун звонил, — отведя Радима в сторону, произнес Старостин, — глава нулевки, — видя, что Радим не догоняет, пояснил он. — Долго орал в трубку за то, что ты его ребят завалил, типа, если ты такой крутой, можно было бы и без трупов обойтись. Я его послал.
— Ну и правильно, — согласился Вяземский. — Совсем страх потеряли, работают на нашей земле, портят людям праздник, еще жалуются, что я их домой не слишком целыми отправил. Еще у него вопросы были?
— Он очень просил ножики вернуть, что ты себе трофеями оставил, реликвии отдела.
— А насчет финок передайте, что трофеи святы. Это компенсация за мое беспокойство. Может, в другой день я бы не был столь жесток, но они сунулись ко мне и Ольге прямо на моей свадьбе. Так что пусть забудет. Надеюсь, он правильно поймет, и больше не будет?
— Не будет. Твое предупреждение произвело на него впечатление. А насчет кинжалов, я сказал ему выходить на тебя напрямую, пусть выкупают, если такие ценные, — хохотнул Старостин. — А теперь иди к невесте, а то она на нас недобро косится, а женщина Ольга Ивановна горячая, может дебош устроить, после чего придется этот домик с нуля отстраивать. Все у тебя, Дикий, не как у людей.
Радим виновато развел руками.
— Не мы такие, жизнь такая. Я думал после Вашингтона и войны с демонами связываться со мной идиотов не осталось, вот и поплатился. Ладно, пошли, пора начинать торжество, а то люди ждут.
— А ведь чуть больше полутора лет прошло, — прошептала Ольга, когда Радим вел ее под руку к трибуне, на которой разместилась довольно миловидная женщина средних лет, отвечающая за их регистрацию.
— Тебе мало? — так же шепотом поинтересовался Радим. — Не уверена, что любишь меня и хочешь стать моей женой? Только скажи, и я все отменю.
— Дурак, — громче, чем нужно, возмутилась Ольга. Идущие следом гости, понимающе заулыбались. — Нет у меня никаких сомнений, — снова шепотом произнесла она, — просто невероятно, что я полюбила человека за столь короткий срок.