Бежать по зарослям, пусть и парковым, напрямик — это всегда шум. Много шума. Но я даже не пытался скрываться. Зажав в одной руке заряженного «пушка», а в другой трубку, где на бегу искал контакт Константина — а это очень сложно, если несёшься по тёмному парку — я мчался так быстро, как мог. В конце концов, расстояние было не настолько уж большим.
Тёма взвыл ещё раз, а левую руку прострелило воспоминанием о боли. Но этот вопль позволил мне скорректировать курс. Через двадцать одну секунду, перескочив жёсткие кусты, я вылетел на пересечение двух дорожек, где всё и происходило.
По земле, хватаясь окровавленными пальцами за снег, ползла Заря, а за ней на белом тянулся красный след. Чуть дальше, у лавочки, корчилась, лёжа на боку, Волкова, из-под которой растекалась кровавая лужа. Обе девушки раскрывали рот, видимо, пытаясь кричать, но изо рта вырывался лишь жалобный сип.
А у дерева, чуть дальше лавочки, какой-то сраный хрен пытался расправиться с Тёмой. Мой кот бешено сопротивлялся, но поджимал левую переднюю лапу, как-то странно опирался на задние… И, похоже, спасался лишь тем, что то и дело уходил в тень.
В последний момент я успел ударить по кнопке вызова, набирая Костю.
А затем выпустил телефон из пальцев, одновременно с этим погружаясь в замедление времени. Трубка медленно заскользила вниз, пока мои руки обхватывали рукоять «пушка». Фигура неизвестного была знакома. Но в прошлый раз я не стал добивать урода: тогда он пытался порезать только меня. А сейчас он напал на девушек в парке и…
МОЕГО КОТА!
— С-с-с-с-с-с-с-с-с-у-у-у-у-у-у-у-у-к-к-к-к-к-к-к-к-к-а-а-а-а-а-а-а-а! — я не удержался и закричал.
Больше не буду в таком замедлении кричать, а то ржать так хочется, что боевой настрой растерять можно… Первая пуля покинула ствол и направилась в сторону противника. И вот тут меня слегка накрыло когнитивным диссонансом. Потому что неизвестный начал двигаться, уходя с траектории летящего снаряда.
И двигался он не так уж и медленно! Он двигался так, будто у него тоже было замедлено время. Сверкнул под светом фонаря металл клинка с сияющими рунами Тьмы. Я увидел голую грудь под изорванной одеждой, на которой тоже сияли руны, вырезанные прямо на коже.
И даже увидел перекошенное молодое лицо. В глазах незнакомца плескалось безумие и предвкушение.
Я снова выстрелил. И ещё. Где-то внизу моя трубка материлась голосом Кости, но разобрать, что тот кричит, не получалось. Да и не до того мне было… Мой враг резко метнулся к тени — и пропал!!! А внутри уже взвыло чувство опасности, заставив резко присесть, податься вперёд и начать разворачиваться.