Внезапно красиво подсвеченные прожекторами, огромные башни, жилые комплексы, высотные здания банков, корпораций и торговых центров сменились трущобами. Выбитые стекла, облезлые строения с отвалившимися кусками облицовки, нагромождение домов из картона и мусора, похожие на собачьи будки, несколько малоэтажных строений, в которых все кричало о нищете обитающих здесь людей. И сами обитатели были больше похоже на бомжей, бродяг и маргиналов, чем на благополучных жителей. Откровенные лохмотья, рваная одежда, дырявые сандалии, разорванные шлепанцы были здесь в порядке вещей.
— Ты куда нас привез?- встрепенулся Ван, как только столичные небоскребы сменились гнилыми крышами убогих ночлежек. — Это же Санья, город потерянных людей. Тут же одни уголовники, бомжи и якудза.
— Я в курсе, — откликнулся наемник.
Несколько секунд помолчал и добавил:
— Здесь нас никто искать не будет. Лучшее место, чтобы спрятаться — в пещере у дракона, пора бы тебе это знать, Ван-сан. Сейчас заедем в мою берлогу, отсидимся, свяжемся с дзенином. А потом я отвезу вас туда, куда он скажет.
Примечания:
Уширо-гери (каратэ) — удар пяткой в печень с разворота
Май-гери (каратэ) — прямой удар ногой
Читеки (яп) — интеллектуал
Сенши (яп) — боец
Санья — «город потерянных людей». Сами жители Токио называют его «местом, где живут бомжи и гопники». Власти Японии стараются не афишировать существование этого района столицы. Санья — самый криминальный район Токио, место для отщепенцев, асоциальных элементов, или людей, по разным причинам желающим исчезнуть из жизни близких.
Берлога Тадао находилась на территории заброшенного завода. Сияющий дырами и пробоинами забор ограждал несколько пятиэтажных сооружений и десяток строений поменьше. Когда-то здесь было производство, кипела жизнь: шумели станки, по асфальту и каменным плитам, уже заросшими бурьяном, ходили стайки рабочих. Сейчас было пустынно и тихо. Здания безмолвно таращились темными проемами окон с осколками стекол, разбросанные железки, трухлявые диваны и кресла, ощерившиеся ржавыми пружинами, кучки мусора по всей территории — это напоминало городскую свалку или пейзаж в духе постапокалипсиса.
— Ты тут живешь? — саркастично ухмыльнулся Ван, обозревая окружающий пейзаж сквозь затемненное окно микроавтобуса.
— Иногда, — лаконично ответил Тадао. Машина тем временем заехала на территорию бывшего завода, иуверенно огибая особо крупные горы хлама, двинулась влево.
— Сюда же все окрестные бомжи должны сбежаться, — заметил я, с любопытством разглядывая заброшенные строения. — Идеальное место для них.