— Нет. Я не занимаюсь обучением, для этого есть учителя. Нет, ну не могу я тебя просто так отпустить! Держи и не говори, что ректор Академии злобная тварь, ненавидящая темных. Прежде всего ты — Мерлин, а потом темный…
Ректор на мгновение исчез, чтобы вернуться с толстой книгой в темном кожаном переплете.
— Книга исследователей. Почитаешь на досуге, разберешься, куда следует двигаться в первую очередь и что изучать. Надеюсь, поможет тебе развиться. Теперь активируй выход, твоя Академия завершена. Возражений я не принимаю, ты в любом случае выйдешь отсюда в большой мир. Такова моя воля.
Спорить не хотелось. Спрятав подарок в инвентарь, я молча нажал кнопку, несколько раз подтвердил, что действительно хочу выйти из Академии и, наконец, уставился на длинную полосу загрузки с обратным отсчетом: 29… 28… 27…
Тридцать секунд, в течение которых мне необходимо было быть неподвижным.
… 3… 2… 1…
Я все же закончил эту долбаную Академию!
— Мы приветствуем наших новых братьев по оружию! — едва окружающая меня темнота развеялась, как раздался торжественный глас наместника. — В этом месяце Академию закончили тысяча семьдесят восемь игроков! Тридцать шесть неинициированных существ смогли доказать свою состоятельность и отныне имеют полное право нести гордое имя «игрок»! Да будет славна Игра!
Всеобщий рев ликования и одобрения разорвал арену, в центре которой стояла тысяча усталых, шатающихся, сутулых и озлобленных новоиспеченных игроков. Я даже удивился — на лицах многих выходцев из Академии было написано что угодно, только не радость. Встретился взглядом с Логир. Глаза краснокожей орчанки были наполнены слезами и у меня ни на секунду не возникло ощущения, будто это слезы радости. Горе, боль, разочарование — все что угодно, только не радость.
— Маги, сюда! — едва я дернулся к орчанке, чтобы выяснить, что же произошло, как раздался зычный крик распорядителя. — Под синее знамя!
— Охотники, сюда! Под зеленое знамя!
— Паладины, сюда! Под красное знамя!
Началось бурление. Сталкиваясь друг с другом, игроки спешили к штандартам своих классов, стремясь поскорее забыть тот кошмар, из которого они только что выбрались. Нет, нельзя сказать, что все игроки были подавлены — некоторые буквально сияли от того, что им удалось выбраться обратно, но таких было процентов двадцать, не более. Основная же масса предавалась унынию.
— Паладины, ко мне! — длинноухий эльф активно размахивал красным флагом, кого-то высматривая в толпе. Рядом с ним стоял ухмыляющийся Шарда, загибающий пальцы и подсчитывающий подходящих паладинов. Отец Логир тоже присутствовал, едва ли не прыгая на месте от нетерпения поскорее обнять и расспросить дочь. К этой разношерстной троице начали подтягиваться паладины — один, два, пять, десять… Из Академии вернулось двадцать три паладина, при этом, как я понял из разговоров, только склонивший голову Теарт не имел инициации. Себя я уже не относил к числу неинициированных.