Зеленоватое свечение охватило левое запястье и буквально из ничего проявилась целая и здоровая розовая кисть, лишенная даже детских шрамов. Несколько раз сжав и разжав кулак, заново привыкая пользоваться некогда утраченной конечностью, я достал из личного инвентаря перчатку, приладил ее на место и мир в очередной раз преобразился. Послышалось едва слышимое «щелк», когда перчатка встала на место и внезапно я почувствовал, что до этого момента находился в довольно душном и некомфортном помещении. Пиктограмма человечка, отображающая целостность брони стала полностью зеленой и, к огромному удивлению, включился кондиционер, обеспечивая мне оптимальный уровень комфорта.
— Смотрю, один из моих подарков пришелся тебе по вкусу, — отметил ректор, увидев преобразования. — Разумный, уничтоживший одну из моих птичек — большая редкость, такой не в каждом наборе находится. Поэтому обновленная броня твоя по праву.
— Подарок? — нахмурился я, возвращая себе критическое мышление. — То есть это не результат действия удачи?
— Нет, конечно. Зангар не обманул — в рамках Академии она не действует. При активации камня ты получил отображение того, что ждало бы тебя в большом мире, активируй ты камень там, чуть больше повысилась внимательность, но не более. Отклонившись от основного курса, вы наткнулись на пещеру и практически идеально ее прошли. По-хорошему, я планировал передать питомцев еще и Зангару с Долгунатой, но они, отчего-то, отказались. Решили, что не готовы к такому уровню ответственности. Поэтому питомца получил только ты, а броня — не более чем приятное дополнение. Не все же вам радовать меня, иногда можно и мне сделать поблажку.
— Значит, три камня все еще где-то находятся в…
— Даже не думай, — отрезал ректор. — Из башни у тебя только один путь — в большой мир. Никаких подземелий, камней характеристик или чего-то другого. Довольно с тебя.
— Мне нужно помочь Теарту, — с нажимом произнес я. Лепрекон все же выжил, потеряв свою условную инициацию и сейчас активно удалялся подальше от центра Академии.
— Он предал всех вас, согласившись помогать Зангару. Зачем тебе такой слабак?
— Не тебе его осуждать, а я не хочу. Пусть его наказывают или оправдывают те, кто представляет закон нашего класса. Я же со своей стороны должен сделать все, чтобы паладины закончили Академию в максимальном составе.
— Теарту остался один учитель, — ректор думал долго, прежде чем решительно расставить все точки по своим местам. — В качестве жеста доброй воли я прослежу, чтобы он его прошел и вышел из Академии.