Я осторожно взял конверт, помедлил.
— А… там сколько?
Дикий взгляд был мне ответом. Не дав завлабу брякнуть какую-нибудь ересь про деньги-не-деньги, я поправился:
— Там только твоё? Или проф…
— Нет. Я ему предлагал, завуалированно, без деталей, он отказался. Говорит, старый уже, давно пора было уйти на покой. Надеется, что внуков к нему пустят когда-нибудь…
Тут мы оба, не сговариваясь, пожали плечами.
— Так что за пакет?
— Да, пакет. Ситуация тут такая. Я не хочу, чтобы всё, нами наработанное, кануло в Лету. У нас тут масса всего, очень нужного для страны, людей. Мы можем сэкономить массу времени тому же Алексею, если его поставят на наше направление. Ну и прикол с забросом чего хочешь куда угодно — это ж вообще никто, кроме нас, не копал даже!
— А почему не сам? — поддел его я.
— Потому что я не готов стать государственным рабом, — не задумываясь ответил Либанов. — Вот ты же сам участник всех событий с начала и до нынешнего времени — скажи, тебе эволюция нашей охраны как вообще? Не напрягает? И ладно ты — у тебя хоть какая альтернатива есть, и то — сам знаешь, и против тебя приём найти можно. А я? Да меня хоть завтра запирай на этом этаже — и привет, пишите письма! Или подкоп рой, как граф Монте-Кристо!
— А я думал, главное то, что ты против войны, — выдавил я ошеломлённо, только чтоб сказать хоть что-то. Вот не думал я, что он настолько резко против ужесточения «режима безопасности». Честно говоря, мне вообще мнилось, что основным мотивом, пусть и не произносимым вслух, была Алина, которую Артемьев увёл! А оно вон как, оказывается.
— Против, конечно, — кивнул он с готовностью, — как любой нормальный человек. Но и против лозунга «кто к нам с мечом, тому его взад по самые гланды» тоже никаких возражений не имею, толстовщиной не страдаю. Дорогим партнёрам давно пора борзые крылышки подрезать. А самое тут смешное, что с этим куда лучше тот же Лёха справится — у него и мозгов хватит, и рефлексий на порядок меньше, и человек он… «системный», что ли. У него идея быть винтиком в большой машине внутреннего отторжения не вызывает, вот такой человек, потому, поменяй меня на него — и всем станет только легче. Только вот объяснить это всяким генералам я никак не смогу! Помнишь же, как оно с Одинцевым получилось? Всего лишь на загран заявление подал человек! Хорошо, в госизмене не обвинили! А просто арестовали, сунули в камеру, мурыжили допросами, а потом выкинули с работы с волчьим билетом. Семью, считай, порушили, карьеру зарезали навсегда. Вот на кой мне этот вечный дамоклов меч над головой, скажи⁈