Один из культистов поднял руку — не успел договорить проклятие. Ему перерезали глотку. Девушка в маске, одна из людей Мэй Лин, вытерла нож об его плечо — и скользнула дальше.
Начался хаос битвы. И я им воспользовался по полной атаковав с другой стороны. Прыжок, кувырок с перекатом и мой нож бьет в затылок одному жрецу прерывая его литанию.
Рывок и второй ублюдок обзавелся новой улыбкой чуть пониже подбородка. А я уже мчался дальше.
Кровь летела веером. Кричали не люди — ритуал кричал, как живой. Он рвался, трещал. Алтарь дрожал.
Фушэ обернулся. Его глаза встретились с моими.
Улыбка. Та самая, полная безумия и уверенности в своем превосходстве.
Он поднял руки — и мир вспыхнул.
Стенка пламени прошла по платформе, опаляя камень. Я перекатился в сторону, прикрывая лицо. Мои волосы заполыхали на концах — я сбил их рукой.
Фушэ уже шел ко мне. В одной руке — длинный искривленный нож, он выглядел будто сделан из кости. Во второй — овеществленный глиф, пульсирующий искаженной эссенцией.
— Ты опоздал, мальчик, — прошипел он. — Всё уже началось. Кровь лишь даст мне больше сил. На этой стадии ритуал действует сам. Мне останется лишь его завершить.
— Ты еще жив. — Я поднял ножи. — Исправим.
Улыбаясь он атаковал.
Я успел отбить первый удар, но не второй. Лезвие рассекло мне плечо — не глубоко, но достаточно, чтобы пошла кровь. Он двигался слишком быстро и под странными углами. Не как человек. Как тварь.
Не думая я активировал усиление тела, сейчас не время экономить эссенцию.
Уклон и тут же удар. Нож вошел в его плоть словно в мокрые доски. Он зашипел, отшатнулся. Но я был уже близко. Второе лезвие вошло под рёбра. Но он не остановился.
Его глиф взорвался у меня возле лица. Удар был такой силы, что меня отбросило и мои ножи остались в теле этого ублюдка. Голова звенела как праздничный колокол. А тело совершенно не слушалось.
Он встал надо мной, подняв клинок.
— Подчинись и встань рядом со мной, — прошипел он. — Во имя Матери, во имя господина!
— Да пошел ты! — Произнес я и добавил еще несколько уличных выражений, после, которых обычно уже ход идут ножи, а на грязных улицах остаются тела умирающих.
Глаза Фушэ налились золотом. Он зарычал и бросился на меня.
Орлиные когти вновь выскочили из пазов ботинок и я тут же ударил даже не вставая. Острые как бритва они разорвали ему икроножные мышцы и выродок упал. Кувырок и я уже на ногах, а из моих перчаток торчат шипы.
На платформе шёл бой. Бойцы Канцелярии убивали всех. Твари, культисты, наемники — им было плевать. Они выполняли приказ. А в этом хаосе сражался Мэй Лин.