— В стволе! — доклад Туникова.
Выстрел!
Снаряд ударил по земляному валу, взметнув черный фонтан напротив второго танка. Чуть выше, и ему прилетело бы как минимум в каток. Но вот так, все. Нет в жизни совершенства. Сказываются технические характеристики орудия. А может и поспешность самого Виктора.
— Бронебойный!
— Есть, бронебойный!
Игорь подготовил снаряд не дожидаясь команды. Понятно, что именно нужно заряжать. Кстати, люк в днище задраен, иначе у них тут будет потоп. И гильзы остаются в боевом отделении, источая пороховые газы. Вентиляция конечно справляется, но вскоре это может стать проблемой.
Выстрел!
Есть! Снаряд разбил каток, гусеницу сорвало и второй танк, ставший головным, развернуло поперек дороги. Вот теперь получилась пробочка. Разогнавшийся третий, едва успел остановиться, и не врезаться в подбитую машину. Пусть пока поживет.
Рычаг в верхнее положение, и вперед. Башня начала разворачиваться вправо, панорама перед его взором поплыла, наконец в прицеле оказалась замыкающая машина, и он остановил разворот, вернул ручку в прежнее положение, вращая маховик вручную, начал наводить орудие на цель.
По мере того, как мех-воды пытались избежать столкновения, колонна вытянувшаяся в нитку, быстро трансформировалась в эдакую елочку. Не вся, конечно. Грузовики с пехотой уже просто останавливались. А личный состав поспешно укрывался за обратным откосом вала.
Этот танк Виктор подбил с первого выстрела. Противник, в свою очередь, наконец открыл огонь. Но это так. Несерьезно. Скорее шаг отчаяния. Даже если попадут, толку от этого никакого. Танки были одной из первых модификаций, с пятидесятисемимиллиметровой пушченкой, с низкой скоростью снаряда. К тому же, в арсенале только осколочная граната. Против пехоты, вполне годится. Но только и того. Броню ему не пробить. Ну если только противопульную. Да и то, сомнительно.
Японцы развернули машины, чтобы подставить лобовую броню. Оно и проекция меньше, и какой-никакой наклон брони присутствует. Но снаряды прошивали ее как бумагу. Два танка уже объяты жирными рыжими языками пламени, испуская густые клубы черного дыма. Все же, бронебойный семидесятишестимиллиметровки несет достаточно могучий заряд в сто грамм тротила. В замкнутом пространстве боевого отделения, да еще зачастую с подтеками и даже лужами топлива, это куда как серьезно.
В строю оставалось четыре машины, когда их командиры сообразили, что им следует спасать танки от полного уничтожения. Они дали задний ход, уходя под прикрытие откоса дороги. То, что машина застрянет в непролазной грязи, не беда. Оттуда ее вызволить можно. Сгоревшая же восстановлению не подлежит. Виктор успел подбить только одну, остальные ушили за прикрытие.