В какой-то момент подо мной оказался оброненный револьвер, и, понимая, что пробить защиту врагов не удастся, я так быстро, как мог, поднял ствол к голове, но вместо выстрела услышал лишь сухой щелчок курка. А потом пришла спасительная темнота…
Через сколько времени я пришел в себя, было неясно. Может быть, уже утром, а может, и через пару суток…
По сути разницы не было никакой, хотя лично я предпочел бы, чтобы сознание вернулось позже. Как можно позже… Желательно в том коротком промежутке, когда все меня уже похоронили, бросив на съедение зверям в степи, но до того, как меня и в самом деле съедят.
Впрочем, мои желания здесь никого не интересовали, да и высказать я их не мог. По сути, я вообще ничего не мог, разве что моргать да двигать зрачками, хотя и в этом необходимости не было. Хоть обдвигайся, а как было небо перед глазами, так оно и оставалось.
Впрочем, одно развлечение я себе придумал, хотя было оно из разряда «так себе»… Я разглядывал облака, подробно разглядывал, дорисовывая в воображении причудливые контуры до узнаваемых рисунков. Ну а чем еще заниматься, когда ты заключен в волшебный кокон, словно бабочка-переросток?
О том, что это кокон, я узнал не сразу. И честно признаюсь, поначалу просто паниковал, думая, что мне сломали позвоночник и я стал овощем. Хорошо еще, что мозгов хватило понять, что тело у человека со сломанным позвоночником болеть не может. А мое болело, да так, что хоть вой. Но выть я тоже не мог, да и боль эту воспринимал, скорее, с радостью. Во всяком случае, первое время.
Два дня. Два дня я валялся в телеге, словно овощ, и лишь к концу второго дня что-то изменилось. Хотя я был этим изменениям не рад. Вот только высказать свое недовольство не мог, к сожалению…
На самом деле никто ничего плохого мне не сделал, просто на одном из ухабов телегу тряхнуло, и я перевернулся лицом вниз, уткнувшись носом в какую-то тряпку, и весь дальнейший путь оставался в таком положении, замечая лишь смену дня и ночи.
Когда отряд степняков прибыл к своей цели, я не заметил, спал. Сон в те дни превратился для меня в награду, желанную, но не всегда доступную. К сожалению, спать впрок, про запас, организм не желал категорически…
А когда я проснулся, то оказалось, что лежу на траве, в толпе каких-то оборванцев, босых и грязных. Все они с тоской смотрели куда-то в одну сторону, и, скосив глаза аж до боли, я сумел увидеть куда… Там, над толпой, возвышался огромный портал, больше, чем все, виденные мной до этого.
Вот только, как выяснилось, толпа смотрела не на него. Скорее всего, они это светящееся чудо даже не видели. Зато, в отличие от меня, видели что-то другое. И когда толпа расступилась рядом со мной, я увидел, что именно.