Вера. Он уже и забыл, каково это во что-то искренне верить. Он ведь тогда действительно повёлся на сладкие речи Безымянного, и вот чем это закончилось.
С другой стороны, он за целую тьму лет впервые вновь стал человеком, и всё благодаря встречи с тем парнем. А ведь тот мог его попросту убить своей жуткой косой, но подарил шанс и даже больше.
Иванушка огляделся. Кругом сосны и ели, а где-то вдали шум битвы.
Интересно, сколько у него времени осталось до того, как Безымянный поймёт, что его главная марионетка в этой битве больше не его?
Иванушка выдохнул, вспоминая стародавние уроки сестрицы, предназначенные для концентрации и отрешения от реальности, и легким бегом направился в Святой лес.
Мысль о том, что Мара может уничтожить всех, царапнула разум, но под ледяной бронёй спокойствия не проникла в эмоции. Пока он не встретит Алексея, и тот ему не поможет, Иванушка не имел права ни на что, кроме равнодушия. Он и так единожды поддавшись на сиюминутную слабость, наворотил столько, что вовек не разгрести.
Мне снился сон. Я бы его назвал ярким, если бы это не было миром теней, в котором мне пришлось очутиться, приняв аспект тьмы.
Я бродил по бесконечно серому лесу, где живые существа воспринимались как тени, а всё остальное — лишь блёклой копией оригинала.
— Так я потомок первого императора? — произнёс я, почувствовав за спиной знакомую ауру.
— Не ты, — с явным недовольством произнёс призрак. — Тот, в чьём теле поселилась твоя душа.
— Это одно и тоже, — отмахнулся я, поворачиваясь к предку. — Теперь это моё тело, и нет смысла цепляться за прошлое. К тому же… — я приподнял иронично бровь, — ты сам меня посадил в него.
— Да-да, — ворчливо ответил он, отмахиваясь. — Я пришёл сказать, что тебе в этот раз повезло. Дважды.
— Перестань! — я закатил глаза. — Во-первых — удача тоже сила, а во-вторых, моя цель требует риска, иначе никак.
Тот, нахмурившись, замолк, сверля меня недовольным взглядом, и наконец произнёс:
— Когда вы уже потомков начнёте делать с этой твоей зверолюдкой?
— Она не зверолюдка, — нахмурился уже я. — Она моя возлюбленная супруга. И если ты ещё раз проявишь к ней неуважение, я выдавлю тебя отсюда.
— И как же? — развеселился он.
— Волей! — в душе начала разгораться ярость, которая перерастала в непоколебимую уверенность. — Это мой сон, моё тело и моя душа! И лишь я один властен над всем этим. Я вскоре встану во главе Святого леса. И мне плевать кто ты и чей я потомок. Я это я! И лишь это имеет значение.
Мы несколько мгновений бодались взглядами, после чего призрак вздохнул и неожиданно произнёс: