— У любого мужчины есть семья, дом, любимое дело… Как быть, если для тебя всего этого недостаточно? Не то чтобы я против выйти замуж, не подумайте, но я… не готова быть лишь тенью мужчины. Не готова не возвращаться в этот прекрасный мир, где провела большую часть своей жизни. Не готова навсегда расстаться с подругами…
— Вы не готовы заплатить цену за свою мечту? За любовь? — поинтересовалась Кассандра.
— А разве любовь требуется отказаться от самой себя? — не выдержала я.
Наставница довольно улыбнулась, словно ее порадовал мой ответ.
— С любимым вы не теряете себя, а обретаете. Что касается места, где он живет, его семьи и дома… Разве кто-то привязывает вас именно к этому? Любимый мужчина станет вашей опорой и поддержкой, — тут фея обвела взглядом всех нас. — И никто не запрещает вам найти друг друга и общаться, а так же посещать мир фей, просто доступ в него у вас будет ограничен. Попасть к нам вы сможете лишь в Ледяную полночь и, если пожелаете, остаться.
Я прикусила губу, покосилась на тех, с кем провела так много времени. Они тоже волновались и переживали, не готовые так легко покинуть привычный и уютный мир, где все просто и понятно, а счастье садиться в раскрытые ладони светлой бабочкой, заставляя сердце сиять.
— Ваш страх понятен и очевиден. И все, что вы можете сделать, чтобы обрести свой путь, это шагнуть ему на встречу. Других вариантов не существует.
Аудитория снова погрузилась в тишину. Для фей-учениц и их наставниц последние дни были особенно тяжелыми. Никто из нас не любил расставаться друг с другом. Но сегодня в полдень мы навсегда покинем Школу фей, отправимся искать суженого, а затем и свой путь. И встретимся наверняка нескоро.
Хорошо хоть я успела повидаться с родителями и двумя младшими сестренками, обещая заглянуть к ним после Ледяной полночи. Но как бы я ни скучала по ним, отказываться от подарка судьбы — встречи с суженым — не собиралась. Хотя мне, ни разу не влюблявшейся, сложно представить, как мужчина может стать светом моих глаз.
Вскоре наставница нас отпустила, напомнив, что времени на сборы осталось мало. Я почти дошла до своей комнаты, когда меня окликнули Ганна и Арика.
— Алира, мы всегда не особо жаловали друг друга. Наши пути скоро разойдутся, делить нам вроде как нечего, — начала Арика.
Я удивленно приподняла брови.
— Мы хотим извиниться за тот случай с первоцветами, — тихо сказала Ганна, смущенно откидывая светлую прядь волос со лба. Кудряшки у нее были совсем непослушными. — Вот, держи, — вложила она мне в руки небольшой флакон.
— Что это?