Не может быть. Но было.
На седьмой день, последний день спора, Дмитрий собрал свои вещи. Анна стояла в прихожей, прижимая к груди Шустрика.
— Ты выиграл, — сказала она. — Я признаю.
— Я не выигрывал, — ответил он, застёгивая пальто. — Мы оба выиграли. Я узнал, что могу быть счастлив не во дворце. А ты узнала, что есть мужчины, которые не боятся быта.
Он подошёл, поцеловал её в лоб.
— Приходи ко мне завтра, — сказал он. — Не в гости. Надолго.
— Зачем?
— Выбирать обои. Квартиру уже дали ключи.
Анна улыбнулась.
— Хорошо. Приду.
Он ушёл. Анна закрыла дверь, сползла по косяку на пол. Шустрик тут же забрался к ней на колени.
— Шустрик, — сказала она. — Кажется, у нас будет новая жизнь.
Щенок лизнул её в подбородок.
На следующий день она приехала к нему. Квартира находилась в новостройке на окраине, в двадцати минутах от её работы. Обычная двушка, без панорамных окон, без мраморных столешниц. Просторная, светлая, с высокими потолками и видом на двор, где росли старые тополя.
— Нравится? — спросил Дмитрий, когда она обошла комнаты.
— Очень, — сказала Анна. — Но почему не центр? Почему не дворец?
— Потому что я хочу просыпаться не с видом на Кремль, а с тобой, — ответил он. — И с Шустриком, который будет спать на подушке. И с запахом дешёвого кофе по утрам. И с твоей родинкой над бровью, которая мне кажется самой красивой вещью на свете.
Она заплакала. Не от грусти — от счастья.
— Не плачь, — он обнял её. — Ещё столько всего впереди.
— Чего? — спросила она шёпотом.
— Например, я сделаю обратную операцию, — сказал он. — Через полгода. Когда пойму, что ты точно не уйдёшь.
— А если я уйду?
— Не уйдёшь.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что я люблю тебя, — сказал он просто. — И ты любишь меня. А любовь не уходит. Она только крепнет.
Анна прижалась к его груди, слушая, как бьётся его сердце. Шустрик, которого она принесла с собой в переноске, возился у её ног, требуя свободы. Дмитрий наклонился, открыл переноску. Щенок выскочил и радостно побежал изучать новую квартиру.
— Смотри, — сказал Дмитрий, — ему нравится.
— Всем нравится, — ответила Анна. — Ты создал хорошее место.
— Мы создадим, — поправил он. — Вместе.
Они стояли посреди пустой квартиры, держась за руки, и перед ними открывалась новая жизнь. Без страха, без предательства, без старых обид. Только они, Шустрик и надежда.
Анна не знала, что будет завтра. Не знала, получится ли у них не поругаться из-за обоев, не разбегутся ли они в первый же месяц. Но сейчас, в этот момент, она была счастлива. По-настоящему. Впервые в жизни.
— Дмитрий, — сказала она.