— Ага, — ухмылялся я. — Он самый.
Старик вздохнул и покачал головой.
— Ох, мои седины… То внук пробудился и уже Архимаг, то внучка врага в дом привела… Предки смеются надо мной.
— Да им срать на тебя с высоких небес, Белый, — хохотнул Ефрем. — А вот то, что он враг, это да, хреново. Я даже удивлен, что ты его не прикончил, парень.
Я пожал плечами и ответил:
— Одну из моих проверок он прошёл, да и гнили за ним нет, я всё проверил. Он реально влюблён в Кристину, как и она в него. Прям цветут и пахнут.
— Ага, главное, чтобы этот цветочный запах потом не стал говном отдавать, — хмыкнул Ефрем. — Ну или чтобы в подоле не принесла. А иначе всё… Финита ля комедия.
Мы так и стояли на трассе, а нас начали объезжать, крича, что мы мудаки и всё в таком роде. Но нам было как бы всё равно.
— Ладно, — завёл дед машину, и мы двинулись с места. — Надо будет пообщаться с ним и, если что, гнать взашей. Руку моей внучки он захотел… Урою…
Императорский Дворец… Несколько часов спустя…
— Значит, он улетел с Беловыми в Царицын, — сухо сказал император, стоя у окна и смотря на город. — Что наши друзья?
— В аэропорте Домодедово схвачены и нейтрализованы двое разведчиков, — читал полученный рапорт командир Имперской Службы Безопасности. — По данным допросов из Австрии и Британии.
— Ожидаемо. Ефрем Корнелию и Генриху в своё время пятки хорошо отдавил. До сих пор не забыли.
— Ваши приказы, государь? — деловито осведомился мужчина в чёрном плаще.
— Отправь в Царицын жандармов. Три двойки. Пусть держат руку на пульсе и докладывают. Чувствую, что эти разведчики были подсадной уткой.
— Будет исполнено, — вытянулся мужчина по струнке и покинул кабинет.
Александр постоял возле окна ещё немного, а затем вернулся за стол. Работа никуда не делась и постоянно копилась, сколько её ни делай. Хорошо, что у императора были доверенные лица, на которых можно было спихнуть часть обязанностей, а иначе он бы никогда не выходил из своего кабинета.
Императора очень интересовало, почему Ефрем, которого за спиной называли Безумным Князем, решил отправиться с Беловым в Царицын. Одно то, что Князь выжил, уже вызывало множество вопросов, которые Александр хоть и желал задать, но решил, что для них пока не время.
Достав из ящика золотистый пузырёк и выпив алхимию для того, чтобы собраться с силами и мыслями, мужчина увидел уголок рамки фотографии. Вытащив её, он провёл пальцем и смахнул мелкие пылинки, всмотревшись в чёрно-белое фото. И пусть оно было смазано, а качество оставляло желать лучшего, каждого на ней Александр знал по именам.