— Я не вижу никаких огнептиц, — жалуется Предраг. — Ты говорила, что они будут сразу в лесу.
— Ещё чуть дальше, — отвечает Душана.
«Огнептицы?» — шепчу одними губами.
«Не знаю», — пожимает плечами Светозара.
У нас в селе водилось пару легенд об огнептицах, но каждый последний житель знает, что здесь их нет. Может быть далеко на юге, но не на нашей земле.
Однако Душана вдруг останавливается, поднимает руку вверх и указывает на высокое дерево.
— Вон она, огнептица, — указывает женщина.
— Где? — спрашивает Предраг.
Мальчик смотрит в нужную сторону, а сзади него Душана хватает его за горло и начинает душить. От увиденного у меня внутри всё обрывается: прямо на моих глазах происходит худшее, что можно вообразить. Я всегда знал, что рядом со мной находится чудище, но мне почему-то никто не верил!
Между мной и Светозарой появляется одинокий дух стремительности.
Я выбегаю из-за дерева так быстро, как только могу.
Несусь по лесу, собираясь уничтожить тварь, что предала доверие отца, односельчан, меня. Она ещё пожалеет… ох, сука, как она пожалеет!
— Стой! — кричу на ходу.
Однако происходит нечто совсем другое: Предраг падает на землю и тут же превращается в уродливую тварь с десятком ног и рук. Он широко открывает рот и в демонической пасти появляется множество длинных, заостренных зубов. Злобно пища, он пытается укусить женщину, но та прикладывает ладонь к его затылку, и отродье высыхает прямо у меня на глазах, будто жук, брошенный в печку.
Несколько мгновений, и передо мной лежит скукоженная уродливая оболочка, лишь издали напоминающая человека.
— Что за… — вырывается у меня. — Это что была за блядская чертовщина⁈
— А, Тимофей, — удивляется Душана. — Ты тут?
— Конечно тут! Сука, что я сейчас вообще увидел?
Вздохнув, женщина поднимается на ноги и долго смотрит на дьявольское отродье, скрюченное на земле. Длинный язык существа, совсем недавно выглядевшего как человек, высунулся из пасти и высох.
— Я не хотела, чтобы кто-нибудь это увидел, — произносит Душана. — Предраг был перевёртышем, и никто кроме меня это не видел.
— Как? Почему?
— Сынок, присядь, пожалуйста.
Присаживаюсь на траву рядом с мамой. Мне трудно её так называть, поскольку внешне она всего на несколько лет старше.
Светозара подходит сзади, удивлённая так же, как и я.
— Помнишь, я говорила, что не помню ничего между моментом моей смерти и тем, как Федот оживил меня?
— Конечно, как тут забудешь…
— Так вот, я помню. Всё это время я была в мире духов — все мертвецы попадают туда, поскольку сами превращаются в духов после смерти. И этот мир…