Было не так уж и просто. Способность моба, чем она не была, упиралась словно стадо электронных баранов, но все же… постепенно…
Я не могу.
— Что⁈ Какого…
Сопротивление вдруг усилилось. Мгновение я не понимал в чем дело, пока не понял, что это сама Виктория не хотела возвращаться.
Алекс, я не могу. Он угрожает…
Я помедлил.
— Кому?
Ей.
Пришедший мыслеобраз оказался достаточно четким, чтобы я понял.
Вот значит как.
Что ж Бес (13) оказался даже хитрее.
Пару секунд я лихорадочно соображал, думая что делать.
Что ж… вы сами захотели.
Жди, — послал мысль я. — Скоро буду.
Выдохнув, я отключил защиту, позволив им окончательно переместиться.
Ощущение сопротивления тут же пропало. Они ушли.
И с этого момента счет пошел на минуты.
— Франциска, готовимся к обороне, — сказал я телохранительнице, одновременно рассылая сигналы населению угуана. Пока я находился здесь, мог спокойно говорить сразу со всеми. — Сейчас будет…
ВИБРАЦИЯ!
— … бой.
Поток паразитного кода обрушился на поле перед угуаном словно удар небес. Я ожидал прибытия целой армии — и был совсем не против — но вместо этого явно уникальная одноразовая способность была потрачена, чтобы доставить сюда всего одного системника. Сразу пятого ранга, но всего одного. Я приготовился вырубить его. Заполучив Викторию, Магнус, разумеется, не мог не попытаться сразу же избавиться от всего остального рода Фэнс. Я сам бы на его месте просто прислал бомбу…
Но нет, тут Доминиум (8) , видимо, решил действовать надежнее.
Системник явился в вспышке перехода метрах в пятидесяти от границы территории угуана. Им оказался чудовищно толстый мужчина. Его умудрились затянуть в некое подобие комбинезона, отчего он принял форму гигантской уродливой юлы. Разве что ножек было две, а не одна.
Окончательно проявившись, он тут же развел массивные руки в стороны. И…
ВПЛЕСК!
Так вот оно что.
— Что он делает? — спросила Франциска.
— Зовет своих, — ответил я. — Это транспортер. Живой транспортер.
Ну или, если точнее, у него была такая способность. Причем, насколько я чувствовал, она была единственной хоть сколько-нибудь прокаченной. Кажется, действовала еще какая-то одноразовая защита, даже довольно мощная. Как раз, чтобы успеть осуществить переброску.
Но уж сейчас я бы с этой защитой без проблем справился.
— Нужно остановить!..
— Нет, — перебил я. — Ждем.
В тот же момент произошло и еще кое-что. Стальной купол, торчавший из земли на краю стоянки, внезапно взлетел в воздух, показав потрепанную и очень-очень раздраженную Жозефину Птицкер. На ее лице, явно привыкшем к полному бесстрастию, выражение ярости смотрелось странно. Даже смешно. Будто бронзовый бюст тужился напрячь мышцы по-другому.